Книга Всё равно не убежишь, страница 110 – Татьяна Катаева

Как же долго я этого хотел. Как же часто мечтал. Весь этот грёбаный месяц, я желал лишь

одного.

Её!

Полностью!

До остатка!

Открываюсь от губ и, ухватив за край футболки, тяну её вверх. Грудь оголяю. Бля, она стала

ещё больше. Ещё красивее. Не тяну время, потому что все резервы на исходе. А уж отстреляться

раньше времени, я точно не позволю. Её хочу для начала удовлетворить. Чтоб кончала подо

мной. И моё имя шептала. Моё.

Это уже мой фетиш. Зацикленность, возможно. Не знаю. Но я хочу слышать своё имя. И только с

её уст. Никакая другая, меня уже давно не интересует. Надо было давно себе в этом

признаться. Возможно, было бы меньше ошибок. Но и тут не факт.

— Ах, — первый стон вырывается из неё, когда я беру сосок в рот. Облизываю его, но не

кусаю. Я читал, что грудь во время беременности становится ещё чувствительнее, поэтому я

боюсь сделать ей больно.

И да, вы не ослышались, я читал о беременности. Ну, а что делать, когда ты в этих вопросах

ноль. Гугл в помощь, ребята!

Я тянусь к трусикам и стягиваю их вниз. Между ног замираю. Вижу, как блестит её секрет. Его

много. Пальцами касаюсь, облизываю. Как одурелый себя веду. Катя следит за каждым моим

движением, но ничего не говорит.

Молчание, наше всё!

Хотелось бы между ног её остановиться, лизать и вырывать её стоны. Но нет сил держаться.

Ложусь сверху её, аккуратно, чтобы живот не придавить. Он у неё ещё маленький, но мне всё

равно страшно.

Наклоняюсь и целую, а к влагалищу подставляю член. Медленно вхожу. Катя кусает язык, сосёт

его. А я мысленно молюсь, чтобы не стрельнуть. Хочу долго её любить. Томно. Но не с такими

же перерывами, как раз в месяц. Этого слишком мало.

Когда добираюсь до упора, замираю телом, но не губами. Целую, целую, целую.

Моя сладкая клубничка, кончает почти сразу. Я только начинаю плавные движения, а она уже

отпускает мой рот, жадно хватает воздух, а ногти вгоняет в голую спину.

Кайф. Мне даже больше нравится, когда она кончает, а не я. Всегда бы смотреть на её

удовлетворенное лицо.

Продолжаю движения, и кончаю в неё через пару минут. Вместе со спермой, кажется, душу ей

отдаю. И чтобы не разрывать этот контакт, я после всего, её снова целую. Пусть не думает,

что секс это самое главное. Это только начало в наших отношениях. Мы с него начали, им и

развивать будет нашу семью, коль по-другому не выходит.

У меня шок, и кажется, инфаркт. Сердечная мышца сокращается, кровь бурлит по венам, и я

взрываюсь.

Какой ужас... Какой кайф... Стыд и позор. Отдалась ему, стоило лишь ему коснуться тела.

Торнадо пронеслось по нам, разрушая до основания. Особенно меня. Особенно...

— Я люблю тебя, — шепчут его губы совсем тихо, когда он падает на меня.

Я же резко открываю глаза и смотрю в потолок.

Послышалось?

Скорее всего.

Эльдар Высотников не может меня любить. Вообще никого не может. Он понятия не имеет, что

означают эти три слова.

— А ты, Кать, знаешь? — сразу вступает в бой подсознание. Хотя, наверное, это тело говорит

с разумом. Ведь именно ему было только что хорошо. И именно оно любит Высотникова любым.

Любит?

Хоть что-то в тебе, Катя, кого-то любит. Потому что ты, по сути, всю жизнь любишь только

себя. Эгоистичная натура, которая готова на всё, чтобы получить желаемое.

— Не правда! — возмущаюсь. — Я не такая!