Книга Берлога зеркального карпа, страница 71 – Дарья Донцова

— Может, хоть что-то вспомните? — включился в беседу Кузя. — Садитесь около меня.

— Зачем? — испугалась Элла.

— Не бойтесь, — улыбнулся Кузьмин, — сейчас займемся забавой под названием «рисуем портрет»!

— Это что такое? — напряглась женщина.

— Устраивайтесь рядом, — повторил Кузя. — Помните, как выглядел Степан?

— Еще бы, — фыркнула Элла, опускаясь на стул слева от парня, — он мне до сих пор иногда снится.

— Что сейчас видите на экране?

— Голову без лица, ушей, волос, — отрапортовала уборщица и вдруг воскликнула: — Ой! Волосья появились!

— У Степана они такие? — осведомился Семен, который тоже сел около своего друга, только устроился справа.

— Ну… ну… темные, короткая стрижка, — тихо произнесла Элла.

Мы сидели молча.

…Прошло около часа. Получив вознаграждение, Элла ушла. А на экране, который висел на стене, замерло изображение. Молчание стало тягостным, и я первая прервала его:

— Он стал старше, но мало изменился.

— Угу, — проговорил Дегтярев.

— Чем глубже забираемся в заросли леса, тем жирнее клубника, — заметил Леня.

— В лесу другие ягоды растут, и в них сала нет, — уточнила Марина, — не знаю, как вы, а я в шоке.

Полковник взял трубку. Мы уставились на Александра Михайловича, а тот спокойно начал беседу. Разговор длился недолго, потом Дегтярев положил телефон на стол и сообщил:

— Услышав просьбу посетить наш офис, он не начал волноваться, отреагировал спокойно. Скоро приедет. Вопрос! Мужчина сломал жизнь Элле. Да, она тогда была глупая, да, безобразница, да, хотела все и сразу, да, не желала учиться. Но дурочке только-только восемнадцать исполнилось. По закону — совершеннолетняя, по уму — балда. Себя в этом возрасте помните?

Кузя кивнул:

— В свои девятнадцать нанялся к мужику, тот бизнес вел в интернете, торговал видеокассетами с фильмами. Я у него занимался рекламой. В руках носители не держал, а названия у произведений милые: «Королева и семь гномов», «Сказки курочки Рябы». Через несколько месяцев за мной пришли. Оказалось, дядька промышляет порнографией, а я его товар рекомендую. Спасибо, разобрались, отпустили дурака.

— Да все в юности дурили, но со временем образумились, — махнул рукой Семен. — Никто из нас не ведет себя как Элла, не страдает всю жизнь.

— Люди по-разному реагируют, — тихо сказала я и предложила: — Давайте попьем чаю и поговорим о каких-то пустяках.

— Поддерживаю, — неожиданно согласился Дегтярев.

— Хотите, посмотрим документальный фильм про Лувр, — предложил Кузя, — картины, скульптуры…

И следующий час мы провели в залах музея.

Приятную экскурсию прервал звонок в дверь.

Марина поспешила в прихожую, и оттуда зазвучали голоса:

— Почему спешно потребовался мой приезд?

— Проходите, пожалуйста, сейчас Александр Михайлович все объяснит.

Через секунду я увидела Илью. Тот сделал пару шагов и обратился к Дегтяреву:

— Что случилось?

— Степан, — прошептала Элла, — это он! Он это! Вообще не изменился!

Семенов посмотрел на женщину, и она встала:

— Похоже, не узнаешь меня!

— К сожалению, обладаю плохой памятью на лица, — вежливо ответил Илья. — Напомните, где мы с вами встречались?

— В постели, — усмехнулась уборщица, — в квартире, которую ты снял, чтобы обмануть дурочку. Здорово получается! Он забыл! А я его всю жизнь помню. Машина роскошная, любовь-морковь, тряпки в котельной, пожар, корзинка с младенцем… Ну как? Просветлело в мозгах? Я — Элла. Имя редкое, авось отомрет сейчас твоя память!