Книга Детектив на Новый год, страница 6 – Татьяна Устинова, Елена Логунова, Елена Дорош, и др.

— Ай, мы это без твоего полиграфа не знали, думали, она глухая! — психанул Самвел. Он вытер жирные пальцы куском лепешки и развернулся к Алисе:

— По делу говори, проститутка. Знаешь нужные слова?

— «Сим-сим, откройся!» пробовали?

— Ты мне тут шутки не шути, если сдохнуть не хочешь! — Самвел погрозил ей кулаком. — Я спрашиваю: знаешь ключ?

— Нет, — со всей возможной твердостью сказала Алиса и перевела взгляд с Самвела на елочку. Та была намного симпатичнее.

— Неправда, — тут же сдал ее плешивый ботан.

— Знает, знает! — подтвердил Давид. — Любовничек успел проболтаться перед смертью, я сам слышал. Как он тебе сказал, Алис? — Он схватился за сердце, покачнулся, прикрыл глаза и страдальческим голосом пробормотал, пародируя умирающего: — Не говори ему сид-фра-а-а-а…

— Кто говорит «фраер»? — не понял Самвел.

— Никто не говорит «фраер», — огрызнулся Давид нормальным голосом. — Я сказал «сид-фраза». Это тот самый ключ к кошельку. Двенадцать или больше слов, не связанных по смыслу. Их либо записывают на бумажке и хранят в секретном месте, либо запоминают, но это сложно. Там не стихи, вообще полная белиберда. Алиса дура, она бы не запомнила.

— Я не дура! — возмутилась Алиса и толкнула столик, а тот — елочку. Игрушечная балеринка на ветке закрутилась волчком.

— Правду говорит, — подтвердил ботан.

— Запомнила, что ли? — искренне удивился Самвел.

— Не скажу. — Алиса и от елочки отвернулась, уставилась в стену.

— Не скажет, — подтвердил ботан.

— Не скажет, потому что не хочет, или не скажет, потому что не помнит? — сузил глаза Давид.

Глаза у него были красивые: такие черные, что аж с синевой, как сливы. Было время, Алисе очень нравились его глаза.

— Нельзя так спрашивать, вопрос должен подразумевать в качестве ответа однозначное «да» или «нет», — сказал ботан.

— Алиса, хочешь сдохнуть? — Глаза-сливы грозно сверкнули.

— Очень!

— Неправда, не хочет.

— Алиса, ты запомнила пароль?

— Да.

— Опять неправду говорит.

— Алиса, ты записала пароль?

— Нет.

— И снова неправда.

— Слышь, ты, птица Говорун, хватит каркать! — вызверилась на ботана Алиса.

— Тихо, тихо! — Давид вышел из-за стола, приблизился и навис над ней. — Алиса, ты записала пароль в компьютере?

— Нет.

— Правда.

— В своем телефоне?

— Нет.

— Правда.

— В блокноте?

— Нет.

— Правда.

— В тетрадке?

— Нет.

— Правда.

— Ай, давай перечислим все, что можно! — не выдержал Самвел. — На бумаге, на папирусе, на камне, на глиняной табличке, на этой… как ее… березовой кожуре!

— На бересте, — подсказал правильное слово услужливый ботан.

— Заткнись, ара! — зыркнул на него Давид. — Хотя ты верно сказал — мы неправильно спрашиваем. Все, убирай свою машинку и иди вон. Самвел, зови Вазгена с инструментами. Алиса заговорит, когда ей станут рвать зубы и ногти.

— Ты офигел?! — возмутилась Алиса.

Расставаться со своими зубами она не планировала еще с полвека, а накладные ногти сняла бы, но не в этой компании.

— Это ты офигеешь. Сейчас тебя будут пытать, — торжественно объявил Давид.

— Ай, не прямо сейчас же, ты видишь — я еще кушаю! — Самвел с возмущением посмотрел на брата и с сожалением — на едва надкушенную куриную ножку. Выругался, шваркнул ее в тарелку, встал и ушел, на ходу пинком отбросив в сторону упавшую салфетку.

На Алису даже не глянул.