Книга Герой, страница 189 – Данияр Сугралинов

Сам Иннокентий Сергеевич, как его упорно называли ультрапаковские ребята, в поте лица носился по встречам, презентуя, показывая, убеждая и договариваясь. И если айтишников ему подогнал я, воспользовавшись интерфейсом, то производители игрушек – полностью его заслуга.

Но самое удивительное, что все это происходило на этой неделе. В понедельник было первое собрание – в тот же день все и закрутилось, во вторник появился Кир, а в среду – Гриша с Мариной, которых Кеша сразу же отправил в поле.

Вообще, динамика событий ускорялась с каждым часом, но для меня эта неделя растянулась чуть ли не на полмесяца – две ночи я провел на «Полигоне».

Какое-то время ушло на освоение и прокачку навыков владения холодным и огнестрельным стрелковым оружием. Покопавшись в моей голове, система предоставила наставника в образе русского спецназовца, и следующие десять дней на полигоне, на которые ушли две реальные ночи, этот суровый боец с жестким взглядом короткими рублеными фразами учил меня обращаться с оружием. Одних боевых ножей я изучил шесть основных видов – от японского «Танто» со сверхпрочным острием, которым можно проткнуть автомобильную дверцу, до серповидного «Хоукбилла». Узнал, а главное, понял, что такое «работа разрушения», «ударная вязкость», «параметры пластичности», «трещиностойкость» и еще несколько параметров, которыми определялась способность стали выдерживать определенные нагрузки.

В том же духе проходило обучение огнестрелам. Сорок минут теории с реалистичными образцами, полтора часа практики. Пистолеты, автоматы, винтовки, пулеметы… За несколько виртуальных дней все изучить нереально, как невозможно объять необъятное, но с какой стороны дуло, я теперь знал точно. Наставник не давал скучать, рассказывая истории из реальной жизни, связанные с каждым видом оружия. Это здорово помогало фиксировать в памяти десятки, если не сотни наименований.

Но, теория теорией, а практику ничто не заменит. Именно полевые занятия стрельбой позволили мне поднять навык до «уверенного владения». Отстрел мишеней чередовался с реальным моделированием боев – как в замкнутых помещениях, так и на улице. Окружение менялось мгновенно, щадя мое сознание предупреждающим: «Закройте глаза. До запуска сценария 3… 2… 1!».

Скажем, в одном из сценариев я бродил по хвойному лесу, выполняя задание – на квадратном километре находились я и мой соперник, выход за пределы игровой локации был закрыт невидимыми стенами, а боеприпасы ограничены. Выданный мне АК-74 мешал при ходьбе, и я не раз элементарно не успевал перехватить ствол в нужный момент, из-за чего постоянно «умирал». Хорошо, что смерть была виртуальной. Система просто респаунила меня в одной из случайных точек, и бой продолжался. Через пару десятков «смертей» я наконец нашел самый удобный способ переноски автомата – на груди: ремень на шее, ствол вниз. А когда «смерть» стала привычной, прекратил при виде противника в панике пулять очередями в небо, расстреливая магазин за три секунды, а, переключив предохранитель на одиночный огонь, начал стрелять частыми выстрелами, уточняя наводку после каждого.

Для кого-то все эти «откровения» могут показаться наивными, но для меня каждое такое знание, пришедшее не от заунывного лектора с военной кафедры, а собственноручно вычисленное в многодневной практике, вбивалось не только в голову, но и в рефлексы.