Книга Испытание, страница 58 – Данияр Сугралинов

Сходу обнимаю всех троих, сгребаю в кучу и мягко выталкиваю за пределы танцпола:

— Пацаны, пацаны, стоп!

— Чо?

— Не понял? Руки убери!

— Да ща, ща. Отойдем, разговор есть.

Вытягиваю возмущенных, но заинтригованных ребят и подхожу к их столику.

— Оп-па! – говорит один из сидящих.

— Опа, опа, добрый вечер! Шпала, с днем рождения! – поздравляю именинника и забываю о нем. – Здорова, Жека! Колян! Витек! – жму руки знакомым и незнакомым ребятам.

— Филипп Олегович! Извините, сразу не признал, – вскакивает и трясет мне руку гопник – один из пацанов Сявы, памятный мне по той стычке в парке, когда я гулял с Ричи.

— А мы тут празднуем… А вы и Шпалу знаете? – недоумевает Жека.

— Я вас всех знаю. Тебе не рано бухать, малой? – я обращаю внимание на одного несовершеннолетнего. – Бородой же тебя погоняют? Сергей Петленко, пятнадцать лет, так? С какой целью уничтожаем печень, молодой человек?

— Да я это… Не пью я, – смущается он и накрывает рюмку ладонью.

— Жека, а кто это? Чо он тут командует? – возмущается Шпала.

— Рот закрой! – пихает его в бок локтем Жека и шепчет на ухо. – Его даже Ягоза уважает! Он Кувалду уложил одним ударом! Чемпион!

— Слушай старших, Шпала, – советую я. – Здоровее будешь.

— Поняли, Филипп Олегович, – заверяет меня Жека. – А вы вообще это…

— Что?

— Ну, вы же не просто поздороваться подошли, – смущенно произносит он. – Или Шпалу поздравить?

— Не совсем. Короче, пацаны, этот ресторан – моего школьного товарища. Мы здесь празднуем, и мне сильно не понравится, если вы испортите праздник. Это ясно?

— Ясно, ясно, – раздаются голоса.

— А чо, вообще нельзя танцевать? – возбухает один из самых старших и показывает на группу молодых людей, пританцовывающих возле сцены. – Чо им-то можно?

— Им можно, потому что они «чо» не говорят. Культурные молодые люди.

— Э, и чо?

— Ничо. Жека, отвечаешь за них. Ладно, отдыхайте. И мелкого не спаивайте, – киваю в сторону Бороды.

Не дожидаясь ответа, возвращаюсь на танцпол. Завидев меня, Полина взвизгивает и вешается мне на шею. Понимаю, что начинается медленный танец.

Полинка липнет, прижимается всем немного располневшим телом и жарко шепчет:

— Панфилов, милый! Как же я тебя в школе не разглядела? Такого красавчика-то?

— Не знаю, Полин. Может, я был не в твоем вкусе?

— Вообще-то да, – признается она. – Мне больше спортивные мальчики нравились. Беляев, например…

— Да это было еще тогда понятно, – я улыбаюсь. – А ты мне очень сильно нравилась.

— А сейчас нравлюсь? – от её горячего шепота у меня мурашки по коже.

Сейчас она мне не нравится, но говорить так нельзя. Сказать, что нравится – соврать. Отделываюсь молчанием, и она льнет ко мне еще больше.

— Хочешь? – спрашивает Полина, замирает, прижавшись и удовлетворенно тихо смеется. – Чувствую, что хочешь! Идем!

Она ведет меня за руку в здание ресторана. Брейк не станцевал, так хоть с Полиной… В какой-то прострации, одержимый гормональным взрывом желания, даю ей довести себя почти до порога, а потом беру себя в руки и резко останавливаюсь. Она недоуменно оборачивается.

— Панфилов, ты чего? Не бойся, мне Андрей ключи от своего кабинета дал! Никто не увидит!

— Полин, ты же замужем?

— Да, ну и что?

— Прости, – не объясняясь, я разворачиваюсь и иду за стол.

Там я в одиночестве доедаю хачапури и наворачиваю салаты – снова проснулся зверский голод, – пока ко мне не подсаживаются ребята. Народ прибывает освежиться, выпить, и я решаю, что с меня довольно. Встретился, пообщался, закрыл незавершенные вопросы школьного прошлого. Завтра с утра надо заняться изучением противника, анализом его слабых мест – благо, интерфейс поможет. Есть уже определённые идеи, куда и по каким местам лучше бить Дорожкина.