Онлайн книга «Level Up. Нокаут»
|
Зазвонил телефон: — Здорово, бро, как ты? — Хорошо, Гонсало, спасибо. — Бро, зови меня Килла, что за официоз. — О’кей, Килла… бро. — Во, так-то лучше. Я слышал у тебя сегодня бой? Мы с парнями решили устроить небольшой тотализатор. Я ставлю на тебя, но те, кто тебя не знают, ставят на нового парня. Ты в деле? — А мистер Очоа разрешил? — Старику не обязательно об этом знать. К тому же мы не миллионы ставим. Просто ради прикола. По десять, по пятьдесят, не больше. Я поставил на тебя. Хаген задумался. Хотелось признаться Гонсало, что лучше рассчитывать на «нового парня», так как сам Хаген не был уверен в своей победе. Наоборот, думал, что проиграет. Но признаться в этом не смог. Если уж проигрывать, то хотя бы с таким видом, будто собирался победить. Он достал бумажник и пересчитал: — Я на мели. Могу поставить двадцатку. — Отлично! Внесу за тебя! Распрощавшись с Гонсало, Хаген обратился к помощнику: — Система дала мне никнейм «Плакса» из-за того, что я плачу от боли? — Совершенно верно, Майк. — Заслужить новый никнейм – это квест? — Нет, это просто идентификатор, который меняется вместе с изменениями поведения. Легко сказать: измени поведение. Но Майк всегда плакал от боли. Он не мог это контролировать. С детства привык: больно – слёзы – заботливая мама дует на ранку и ругает других детей, которые посмели тронуть её сыночка. Хаген посмотрел на сиротливое здание Reknitting Express, на крыше которого сидели какие-то облезлые птицы, потом на пустырь, где от ветра шевелилась жухлая трава, на проносящиеся мимо машины… Всё это было так серо, так одиноко, что он почувствовал, как в глазах защипало. Почему так получилось, что, несмотря на новые знакомства, он ощущал полное одиночество? Чёртов плакса, готов ныть из-за жалости к себе! И тогда Хаген сделал то, что делал очень редко: открыл мессенджер и посмотрел переписку с дядей Питером. Вообще, он давно отключил оповещения этого чата, чтобы не видеть мотивационные армейские картинки, которые дядя массово рассылал по всем контактам. «Привет, дядя Питер. Как вы? У меня в жизни много нового. Занялся единоборствами, хожу в спортзал. Давно не виделись с вами», – напечатал он и тут же закрыл чат, не нажав «Отправить». Его раздосадовала собственная сентиментальность: этак он никогда не избавится от клички «Плакса». Как и все военные, дядя Питер был лёгок на подъём, поэтому мог приехать проведать племянника даже после одной строчки в мессенджере. После того, как обанкротилась его фирма по установке домашних охранных систем, он использовал любой предлог, чтобы мотаться по стране, наведываясь к родственникам и боевым товарищам. Хаген завёл двигатель и влился в поток машин, проносящийся мимо одинокого здания. Норт Хилл Роуд была той самой транспортной магистралью, строительство которой недавно закончилось, после чего её облюбовали дальнобойщики. На развязке Хаген повернул налево, чтобы выйти на дорогу в ту часть города, где он жил. Направо шло шоссе в сторону Вайнвуд Маунт: района, где обитала Лекса. Стыдно признать, но года три назад, когда его страсть к Лексе буквально сносила голову, он проследил за ней. Сам не зная зачем, сопроводил старый розовый «Шевроле», на котором она тогда ездила. Припарковался напротив её таунхауса и наблюдал. Как девушка вышла из машины, как поздоровалась с соседями и направилась к своей двери… |