Книга Кирка тысячи атрибутов, страница 223 – Данияр Сугралинов

Собрано Печатей Балара: 2/5.

Новую способность он тут же протестировал. «Шаг» действительно был незримым, Егора никто не видел и не слышал, варвар даже не оставлял следов. Более того, когда Гор в шутку атаковал Хаса, невидимость не исчезла.

— Имба-способность, – резюмировала Мико. – Хоть и непродолжительная, но крутая. Поздравляю, Горчик!

— Ну что, расходимся или дойдем до Бентулана и зарегистрируем клан? – спросил Крам.

— Да тут недалеко, давайте сегодня закроем эту тему? – предложил Егор. – Заодно по пути над названием подумаем.

— Сегодня не получится, – резюмировала Мико. – «Сегодня» заканчивается через тридцать пять минут, так что вряд ли успеем.

— Ты бы оделся сначала, – заржал Хас. – Смущаешь дэушку, панымаишь!

Тут заскрипел голос из кирки:

— «Служителями Торфу» назовитесь, бродяги, не пожалеете! Истину вещаю!

Они переглянулись.

— Так, Торфу, давай-ка конкретику, – глядя на кирку, сказал Егор. – А то ты ничего толком не объясняешь, только пропагандой занимаешься. Что мы получим, если назовем клан в твою честь?

— Будете сильнее, вояки, а удары и заклинания ваши станут весьма смертельны! – торжественно объявил божок из кайла.

— По ходу, он бонус к урону обещает, – предположил Хас.

— Истину глаголешь, стрелок невеликий!

— Хм… – Крам посмотрел на Егора. – Что скажешь, бро? Твой покровитель, тебе решать.

— Да что-то как-то не верится, – проворчал тот.

Из кирки донеслось:

— Обижаешь, ловкач! Эх, обижаешь божественного соратника своего!

— Да и черт с ним, – махнул Егор рукой. – Все равно на нас висит большой квест, связанный с ним. Так что мы по-любому сейчас этому богу служим, что бы там наша гордость ни говорила. Только не нравится мне это «служители». Давайте просто «Торфу». Устроит тебя такое, о… гм… великий?

— Ой, ловкач, умеешь ты угодить! Годится! – Божок радостно хихикнул из кирки.

В Бентулан они отправились ровно за три недели до окончания божественного квеста.

Гор ожидал увидеть срубы и терема, утопающие в растительности, разгуливающих по улицам прекрасных диковинных зверей – в общем, рай, каким его изображают в книжках определенных религиозных школ и в фэнтезийных фильмах. Эльфийское же поселение!

И не ошибся. Постепенно обычные сосны и ели сменились кряжистыми дубами и странными гибридами секвой с баобабами, а прямо перед группой засветилась висящая в воздухе надпись, сообщающая о том, что начинается поселение Бентулан.

По мере продвижения к центру города деревья становились все шире, все… волшебнее, что ли. От ствола к стволу вели аккуратные подсвеченные дорожки, взбегающие по толстым ветвям и подвесным мостам.

Сорняки сменились цветами, над которыми летали то ли бабочки, то ли крошечные феи, стряхивая разноцветную светящуюся пыльцу.

— Красиво, – выдохнула Мико, сбавляя шаг и завороженно глядя на мерцающих мотыльков и поющие цветы.

Застрять в городе можно было надолго, и, поразмыслив, группа решила не только зарегистрировать клан, но и выполнить пару квестов.

— Все равно нам пока в этой зоне качаться, – отметил Крам. – Возьмем несколько боевых заданий и получим больше опыта.

— И репутацию с остроухими заодно прокачаем, – добавила Мико.

Репутация была краеугольным камнем системы межфракционных отношений в Ракуэне. Ее уровень с фракцией, городом и каким-нибудь неписем разнился, даже если речь шла об эльфе из Бентулана: изволь качать репу с эльфом отдельно, с городом отдельно и со всей эльфийской расой (конкретно с лесными эльфами) тоже. Однако репутации влияли друг на друга. Став героем Бентулана, можно было рассчитывать как минимум на приязнь всех горожан, а подружившись с неписем – получить очки репутации и в отношениях с городом.