Книга Кирка тысячи атрибутов, страница 206 – Данияр Сугралинов

Хас… С ним всегда было легко: он не грузился сам и не грузил других. Умел разрядить обстановку не только кавказским акцентом, тонкости которого вряд ли доходили до Восимбо и Крама, но и более изящно, проявляя чудеса дипломатии. По правде сказать, Егор узнавал старого друга с новой стороны.

Торфу частенько подавал голос, учил всех уму-разуму, но теперь уже не доставал так, как в первые дни, а пару раз давал действительно ценные советы. Да и говорить болотный бог стал тише, меньше вопил, иногда надолго замолкал. Кажется, таки слабел…

Что касается ухлестываний парней за Мико, то и здесь все сложилось прекрасно. Поняв, кого предпочла девушка, они вскоре перестали за ней волочиться. Даже старались, чтобы Гор и Мико больше времени проводили наедине, – отставали или уходили вперед, позволяя поговорить.

Часами общаясь с Кристиной, Егор вскоре мог уверенно сказать, что не знал так близко еще ни одну девушку. Странное чувство, учитывая, что они никогда не встречались в реале.

Она выросла в Питере, закончила там факультет востоковедения и теперь училась в Японии. «Ракуэн» для нее был не развлечением, но полем исследований, на основании которых она собиралась писать диссертацию. Ее мама умерла, когда девочка училась в школе, а отец большую часть времени проводил на работе. Семья была небогатой, и для Кристины учеба и стажировка в Японии стали, может быть, шансом всей жизни.

— А что потом? – с замирающим сердцем поинтересовался Егор, ему был чертовски важен ее ответ. – После учебы? Вернешься?

— Точно не знаю… Мне здесь еще год. Есть всякие варианты, но ничего конкретного.

После того разговора самооценка Егора снизилась. Кто он в сравнении с Кристиной? Он и в юриспруденцию пошел только потому, что на недавно открывшийся факультет легче было поступить. Да и университет был не самым престижным, мягко говоря. А работать не смог, потому что не лежала душа к законам, которые плохо соблюдались, – слишком уж теория расходилась с практикой.

Всю ночь он ворочался, крутя в голове всякие мысли, думал о будущем и в итоге пообещал себе, что выберется со дна, куда его загнали не только жизнь и обстоятельства, как он обычно себя оправдывал, но и лень с нежеланием что-либо менять. Однозначно решил, что не застрянет в «Ракуэне» надолго. Строить планы на жизнь, исходя из сиюминутных игровых достижений… ну, такое себе. Нужно что-то более основательное, но, как говорил отец, шаг за шагом.

Сейчас главным было упрочить достаток, улучшить жилищные условия и создать базу для дальнейших свершений. А во главе списка приоритетов, конечно, мамино здоровье.

Двухмиллионный долг висел дамокловым мечом. Егор не доверял кредитам и старался никогда не занимать, а тут такое – два миллиона! С одной стороны, деньги пошли на жизненно важное дело. С другой – такая сумма тяготила, не давала расправить крылья, которые уже прорезались.

Снова проснулись, заворочались мечты, которые он когда-то загнал в темноту, чтобы не маячили, не дразнили несбыточностью.

Позволив себе мечтать, он теперь иначе видел свою квартиру. Старая мебель, потертый пол, скрипучие окна… Отваливающаяся плитка на стене, а ванная вся в потеках и разводах. А как тут все можно сделать красиво! И здорово было бы успеть до маминого приезда… Она вернется домой, а тут уже не привет из прошлого века, а современный кафель, белая блестящая сантехника, ровный потолок.