Книга Крафтер, или Таинственная игра, страница 44 – Данияр Сугралинов

— Проваливай! – крикнул Василий сверху, снял кроссовку и швырнул в пса.

Попал в хвост.

— Помогите! – закричал Василий и вспомнил, что советуют кричать, чтобы на помощь точно пришли: – Скорее сюда! Пожар!

Телефон замолчал. Во дворе загомонили. Мелькнул в темноте светлый силуэт, и пес попятился, попятился, косясь на смолкший телефон.

— Где пожар? Кто орет? – донесся скрипучий старушечий голос.

Зашевелились шторы в квартире двухэтажки, на балкон вышел мужчина – просто черный силуэт, очерченный светом, – недовольно закричал:

— Где пожар?

— Тут бродячие псы! – крикнул Василий. – Я на турниках! Не могу слезть.

Мужчина на балконе тихо выругался и исчез, но через миг появился с самым настоящим ружьем.

Шмальнул в воздух так громко, что уши заложило.

— Убили! – заверещала бабка, которая назвала Василия безотцовщиной. Пока он тренировался, она с подругой заявилась на площадку.

Пес развернулся в прыжке и задал стрекача, уводя с собой стаю. Василий спрыгнул с лестницы, поднял телефон и кроссовку и рванул прочь. Пробежал мимо скандаливших с мужчиной старух и влетел в парадное.

На пороге его встретила мама. Всмотрелась в лицо его тревожно, нахмурилась:

— Ты почему на звонок не отвечал?

— Тренировался, мам. Не успел ответить.

Говорить о том, что чуть не попал в переплет, Василий не стал, чтобы не волновать. Впрочем, ее явно заботил не он, а что-то другое.

Мама ушла на работу раньше, и Василий боролся с искушением не пойти в школу. Ничего хорошего его там не ждет. Учителя злые, дети злые. Еще вымогатели эти… и куда полиция смотрит? Наверное, никуда, и жаловаться бесполезно, только хуже будет. А так, может, забудут про него, если им на глаза не попадаться.

Василий выглянул в окно, осмотрел пустой двор, освещенный одиноким фонарем. Невозможно прятаться все время.

Потому он вышел в подъезд и решительно спустился по лестнице. Если захотят бить – пусть. Он будет падать и вставать снова и снова. Лучше подраться и получить, чем стать мишенью для плевков и издевательств.

На подходе к школе он заметил Антона, гоняющегося за хохочущими младшеклассниками. По дороге были веером рассыпаны тетради и учебники.

— Жиромясокомбинат! – орал рыжий ушастый мальчишка. – Не поймаешь, не поймаешь!

Антон напоминал пса, гоняющего стаю ос. Обидчиков было пятеро, все младше года на два-три. И Антон никого не мог поймать. Вскоре стало ясно, что бегал он не просто так: мальчишки забрали его простенький телефон и перебрасывали друг другу.

Василий рванул к рыжему, вертящему сотовый в руках, выхватил его и замахнулся для удара. Бить он не собирался, но вид имел такой грозный, что пацан заверещал и убежал. Остальные тоже поутихли и оставили жертву в покое.

Подошел Антон, сел на корточки и принялся собирать тетради и учебники в сумку. От нагрузки он раскраснелся, щеки его пылали, дышал он часто и тяжело и смотрел вбок, пряча слезы. На его штанах были отпечатки подошв. Куртка распахнулась, рубашка разошлась на толстом животе.

Всю дорогу шли молча. Лишь в коридоре школы Антон проговорил:

— Спасибо. Ты… я… Спасибо!

Схватил и принялся горячо трясти руку Василия, который заприметил высокую Алину-белочку, просившую называть ее Эл, и кивнул. Она подошла, хозяйским взглядом окинула Василия.