Книга Вида своего защитник, страница 100 – Данияр Сугралинов

Шан Юн, учившийся тогда в Гарварде (оплаченного чем-то вроде стипендии от Кривого зуба, взращивающего перспективную родственную молодую поросль), уцелел только из-за того, что был сиротой, а его прадед, приходившийся отцу Ду Мочжоу односельчанином, давно умер. Связь была неочевидной, поэтому Шан Юн спокойно закончил учебу и вернулся в Шанхай не только с дипломом, но и планом возродить Триаду, которую подкосила не только междоусобица, но и Объединенный Картель, который решил подмять конкурентов под себя.

Спустя больше тридцати лет после тех событий о Картеле остались только упоминания в криминальных голофильмах о двадцать первом веке, а Триада переросла планетарный уровень и начала подминать под себе как марсианские колонии, так и станции в Поясе астероидов. Организация по сути стала транспланетарной корпорацией с интересами во всех сферах, даже вела собственные научные исследования, и от той же Первой Марсианской компании ее отличало, пожалуй, только более размытое представление о легальности операций, конкурентной борьбе, бенефициарах и акционерах.

Новый этап развития Триады, по замыслу Шан Юнга, был насколько амбициозным, настолько же пугающим — Сидус. Разумеется, не только сама космическая станция, но и человеческие колони, а там, чем черт не шутит, глядишь, и инопланетян можно потрясти.

Шан Юн, как человек с прекрасным образованием, который вращался в высших слоях общества, видел картину мира намного шире, чем двое других драконов — Хироюки Такахаси по прозвищу Гук, вьетнамец, в котором от японского было только чужое имя, а сам он вырос в трущобах Сайгона, и София Бенитес, больше известная как Мамочка.

Мамочке стукнуло почти сто лет, но на пенсию она не собиралась — посетила Сидус, омолодилась, впечатлилась увиденным и вернулась на Землю с четкой позицией: Триаде там делать нечего, сожрут-с. Это если вкратце, на самом деле Мамочку сильно напугал всемогущий и всезнающий Разум с его системой рейтинга. Плохие деяния он накажет штрафами, а с отрицательным рейтингом на Сидус для тебя закроется, а вместе с ним — и к долголетию.

Что касается Гука, то этот самовлюбленный кретин никогда не видел перспектив дальше своего носа. Шан Юн его искренне презирал, но держал свои чувства при себе — Гук был опасен, имел в союзниках двух тигров Триады, а третий, хоть и получил должность благодаря Мамочке, прислушивался к Гуку, понимая, за кем сила, случись прямое противостояние.

В общем, который год Шан Юн поднимал вопрос о том, что нужно расширяться на Сидус, и каждый раз натыкался на «против» Мамочки и Гука, а вместе с ними — и трех тигров. Голос Адвоката обычно усиливали голоса акул, но преимущество все равно оставалось за теми, кто не хотел распылять влияние. Это так бесило Шана Юна, что он был готов плюнуть на все и свалить на Сидус с верным и людьми, но из Триады невозможно уйти таким образом. Из организации только один путь — в могилу.

Если бы не Шан Юн, Триада и не подумала бы глядеть выше Земли, но слишком много денег крутилось в Поясе астероидов, а потому алчность победила — организация на всех уровнях плавно внедрилась на Весту, Палладу и Эрос. На Церере позиции у Первой Марсианской были слишком сильны, а ее люди наверху — слишком преданы компании, но и там нашелся способ внедриться.