Книга Голодные звёзды, страница 88 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Тварь меня заметила — все шесть глаз остановились на мне разом.

— Шшеррак, постой! — закричал я. — Если ты Отступник, значит, тоже пошел против жнецов? Давай погово…

Щели на морде и груди начали раскрываться, я запнулся…

…и из них с одновременным шипением хлынуло: из морды вылетела толстая струя желто-белой жижи и пошла дугой к моей голове, а из груди ударил веер мелких темных игл, нацелившись в торс, штук пятнадцать-двадцать одновременно.

Я еще никогда так быстро не активировал «Ветер» и «Рывок». Перенесся на двадцать метров влево, под скос, прямо вместе с прыгнувшим за мной Крошем. Жгучий воздух просвистел у меня в ушах.

Струя жижи прошла через то место, где я стоял, и шлепнулась на ствол коралловой башни. Она тут же зашипела и начала плавиться, по ней пошли борозды, и от ствола повалил белесый едкий дымок.

Иглы, не нашедшие меня, вонзились в корку и в столб и торчали из них густым колючим кустом.

— Бляха-муха, — выдохнул я, прикинув, что мне грозило.

Если бы попало по голове, полчерепа бы расплавило кислотой. Если бы в грудь, иглы пробили бы мне легкие. Доспех чистильщика, наверное, выдержал бы залп, но не несколько подряд.

Тем временем Шшеррак развернулся, снова направив на меня все шесть глаз. Щели на морде и на груди начали опухать и раскрываться.

Не дожидаясь следующей атаки, я сам бросился к нему в ускорении, заходя по диагонали и готовясь в любой момент сделать рывок или уклониться в сторону.

Но Шшеррак не выстрелил. Он прыгнул мне навстречу.

Метров десять он преодолел одним прыжком и уже в воздухе раскрыл крылья, мать его так, чтобы скорректировать траекторию. Хвостом, похожим на длинный обоюдоострый меч, он ударил сбоку, метя в голову. Я нырнул под него, пропустив его над макушкой буквально в миллиметрах, и врезал «Нагибатором» в шов между панцирными пластинами твари, подсвеченными красным.

«Нагибатор» врезался с глухим тяжелым стуком, и по панцирю твари побежали синие разряды — сработала «Цепная молния»! Пять секунд «Контузии» прокнули, и Шшеррак начал заваливаться набок.

Это был мой шанс. Я обрушил серию ударов по тому же шву между панцирными пластинами, по локтю серповидной руки, по голове и по нижним конечностям, надеясь лишить тварь подвижности. Хитин трескался, но не пробивался. Под пластинами брони что-то хлюпало.

На шестом ударе «Контузия» закончилась, и Шшеррак обрел подвижность.

Инопланетянин из расы штараров крутанулся всем телом и наотмашь наугад полоснул мечевидным хвостом-секачом. Я отскочил, но недостаточно — секач прошелся по предплечью. Рукав доспеха лопнул, кожа под ним разошлась, и кровь брызнула на растительную корку, покрывавшую землю. Она тут же зашипела под моей кровью, которая, по всей вероятности, была губительной для местной флоры.

— Сука… — выдохнул я.

Отступив, перехватил «Нагибатор» левой рукой, а правую, повернув, прижал к боку, чтобы притормозить кровотечение. Рана была неглубокая, кость не задета, но сочилось из нее прилично.

Раненый Шшеррак шипел и припадал на поврежденную ногу. По хитину текла серо-желтая жижа.

Выдернув из кармана капсулу Натальи Доброе Утро (+1% «активности» в минуту на двадцать минут), я ее раскусил. Горькое маслянистое содержимое обожгло горло, но подействовало быстро: кровь на руке тут же начала сворачиваться плотным сгустком.