Книга Рай накануне, страница 114 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Плохо, — вздохнула Лин. — Значит, сроки знает только система. Тогда это не ты ведешь учет, участник.

— Не согласен, — мотнул головой я.

— Учет — это когда знаешь сроки, — стояла на своем Лин. — У тебя пока список.

— Ладно, Лин. Мой косяк. — Я потер лоб, устав участвовать в этом странном и бессмысленном разговоре. — Сроки за системой, список за мной. Живых считаю я.

Она хмыкнула.

Видимо, услышав в работающем движке родственное урчание, Крош поднялся на задние лапы, уперся в дверцу и сунул морду в открытое окно. Лин отшатнулась и вжалась в соседнее сиденье.

— Это… это кто⁈ Рысь?

— Это Крош. Кот.

— Кот? — Она уставилась на него, не мигая. — У нас в Гуандуне свиньи меньше.

— Он воюет, лечит и пасет кроликов, Лин. Погладь его, он заслужил.

Лин осторожно протянула руку. Крош ткнулся лбом ей в ладонь и затарахтел на малых оборотах.

— Ма! — потребовал он.

— Он разговаривает, Денис?..

— Он требует ласки. Это у него главное слово, привыкай. Почти как «ку», по интонации можно понять смысл.

Наш культурный код Лин не считывала, шутку про «ку» не оценила, но и спрашивать не стала.

«База. У купола четверо чужих, — написал в чат Ситников. — Чистильщики, с семнадцатого по тридцать девятый. Стоят, руки подняли. Держим в прицелах».

«Не стрелять, — велел я. — Кто сдается — принимаем. Анна страхует из укрытия. Игорь, смотри в оба. Сдавшийся и притворившийся — разные люди».

«Принято. Допросим по одному».

«Укрытие. Я на месте, Денис, — отозвалась Анна. — Подстрахую. Кого Господь привел, того и примем».

«База. Денис, у тебя трое, у нас четверо, — влезла Вика. — Это одна партия, разбитая надвое, или две разные? Мне надо знать, на сколько человек примерно рассчитывать к вечеру. Еда, вода, спальные места — сам понимаешь».

«Не знаю, — ответил я. — Рассчитывай на максимум».

«Разберемся, — закрыл канал Ситников. — Отделим зерна от плевел, Лиза с нами!»

В двенадцать тридцать Тетыща открыл окно, и протокол прошел по кругу:

«Гряда. Чисто».

«Седловина. За хребтом гудит. Цел», — отчитался Кема.

«База. Принимаем сдавшихся. Целы», — сообщил Ситников.

«Кромка. Плюс один в клане. Цел», — написал я.

Значит, к базе тоже доставляют. А к Тетыще и Кеме?

«Человек Денис, — это снова был Кема. — Гудит все ближе, а я не вижу, кто идет. Позволь мне спуститься и посмотреть».

«Нет, Кема. Стой на седловине, — ответил я. — Смотреть — тоже приказ».

«Я слышу приказ, человек Денис».

Следующей всплыла строчка от Сергеича, который ненадолго покинул убежище:

«Командир у нас тут места много и хлеба много вези кого хочеш».

Ни одной запятой. И ни одного вопроса. Я стер с лица пепел и обнаружил, что улыбаюсь.

Тут пришла вторая системка. Что в ней будет, я почему-то знал раньше, чем она развернулась.

Партия завершена: 3 из 3.

Упокоен: 1.

Принят в клан-участник: 1.

Отказ от консолидации: 1.

Следующая партия: 12 носителей.

Напоминание. Участник, уклоняющийся от консолидации урожая, переводится на следующую фазу досрочно.

Ну вот и записали тебя, Эмре, в отказ.

А в следующий раз нам доставят двенадцать человек. Система заметила, что я порчу ей статистику, и подняла ставку. Ладно…

— Тащи, — сказал я вслух черному кольцу над головой. — Всех тащи. Учет у нас теперь есть.

Ответило мне не небо.

Со стороны бухты, из-за мертвых кварталов Мабанлока, докатился низкий утробный рык. Задребезжали стекла «сузучки», завибрировал асфальт под подошвами.