Книга Безымянный клан, страница 93 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Вечный принял оружие с благоговением, взвесил, ухмыльнулся:

— Спасибо, Денис. Не подведу.

— Дак, арбалет. Пятьдесят болтов, дальность полторы сотни метров. Стреляй точно.

Дак просто кивнул, забрав арбалет.

— Отличная вещь, спасибо.

Подумав, отдал ему еще и копье — для ближнего боя.

Сергеич схватил свой клинок здоровой рукой, взмахнул пробно:

— Ништяк! Гадом буду, красота!

— Маурисио, копье. Три метра дальности, пробивает броню.

— Спасибо, сеньор, — ответил тот. — Я постараюсь не подвести вас.

А вот Карлосу я ничего не дал. Передумал. Пусть сидит тихо в углу и радуется, что жив.

— Мне два очка осталось до левелапа! — похвасталась Вика.

— А мне семь, — откликнулся Рамиз.

— Двадцать, — констатировал Тетыща. — Пока дойдем, подниму уровень обязательно.

Новенькие молчали, изучая интерфейс и привыкая к ощущениям. Карлос слился с фоном в углу, старался не отсвечивать — понимал, что он теперь балласт. Проку от него ни в канализации, ни в секторе нет и не будет.

Тему сменил Тетыща, переходя к делу:

— У меня чуть меньше часа, пока откатятся оба щита и «Гарпун». Вика?

— Сорок пять минут до полной боеготовности, — ответила она.

— Девять часов до перезарядки отпугивателя, — отчитался Дак, проверяя артефакт.

— «Упокоитель», которым с большой вероятностью можно убить любого бездушного одним касанием, откатится через сутки, — сказал я, поднимая руку с кольцом. — В этот раз не сработал на Глубиннике. Остальное тоже в пределах часа перезарядки. Так что давайте спать и набираться сил. К этому сектору нам идти всего ничего — часа два максимум. Поскольку там неизвестная опасность, лучше появиться утром.

— Да, утро вечера мудренее, — Рамиз потянулся и зевнул широко.

— Последний раз нормально спал в «Ковчеге», — пожаловался Вечный, потирая лицо. — Так что я не против. Только надо выставить дежурных. Я, конечно, никто, чтобы тут командовать, но мне кажется, это должен быть Маурисио, поскольку он не боец и ему силы особо не понадобятся. Я заступлю после него.

— Я первый, — вызвался Сергеич, высовываясь из проема. — Уже начал дежурство. Дежурим по сколько времени?

— Два с половиной часа каждый, — предложил я, подкладывая под голову рюкзак и откатываясь к стене. — Всего семь с половиной. Таланты перезарядятся, мы отдохнем физически. Два часа до сектора, выдвинемся на рассвете.

Но сон не шел. В мыслях крутилась причина, по которой интересующий нас сектор стал непригодным для жизни и превратился в черное пятно на карте.

Что там? Радиация? Химическое заражение? Или что-то похуже?

Я открыл глаза и уставился в бетонный потолок, покрытый трещинами. Через несколько часов мы узнаем ответ. Хотел бы я, чтобы этот ответ мне понравился.

Но чутье, выработанное за недели выживания в этом аду, подсказывало однозначно — не понравится.

Совсем не понравится.

Удивительно, но спал я как дохлый сурок, даже пересменок не слышал, хотя в мирной жизни меня изводила бессонница и хандра. Наступил большой п… ец, и — ни хандры, ни бессонницы. Некогда.

— Вставай, проклятьем заклейме-о-онный! — орал Сергеич, светя фонариком нам в лица.

Спящие кряхтели, ворочались, отмахивались, терли глаза, пытаясь отвернуться от бьющего в лицо света. Спрыгнувший с меня котенок, уже тяжелый как бегемот, выгибался и выпускал когти, недовольно шипя на источник света. Я плеснул на ладонь воду из фляги, протер лицо, а то глаза не глядели. Холодная вода немного взбодрила, прогнав остатки сна.