Книга Двадцать два несчастья. Том 15, страница 30 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— И все? — сделал вид, что готов на сделку, я.

— Ах да, вот еще, — оживилась старуха. — Вы должны показать мне архив покойного академика Епиходова. А когда перейдете работать ко мне, будете обязаны вести первых двадцать пациентов в моем центре лично.

— То есть имя того, кто заказал проверку, вы уже знаете? — уточнил я.

— Скажу вам точно: нет, это не Ачиков. Этот слизняк не того полета птица, чтобы ради него целую комиссию из Москвы собирать.

— Тогда кто? — сделал я попытку, отслеживая данные модуля.

— Пока не знаю, но выясню, — отрезала она. — Я плачу людям за то, чтобы знать все, что мне нужно. — Она протянула руку и улыбнулась. — Ну что, договорились, Сережа?

— Нет, Капитолина Леопольдовна, — ответил я, покачав головой. — За справку и три операции я вам ничего не должен, я ни о чем таком вас не просил. Уверен, вы это сделали ради каких-то своих интересов. Возможно, не хотели, чтобы я увяз в проверке, во время которой вряд ли бросил бы санаторий. Насчет препарата — тоже мимо. Протокол я не отдам никому: пептид не прошел ни одного нормального испытания, и за каждого, кто его принял, отвечаю лично я. В ваш центр, где хозяйка ставит на больных людях опыты, чтобы посмотреть, что они сделают, я его точно не повезу. Максимум, что могу обещать: когда санаторий откроется, присылайте сюда своих врачей, и я покажу им все, что можно делать без вреда для больных. Больше мне предложить вам нечего.

Она помолчала, разглядывая меня. Презрения, судя по модулю, в ней не прибавилось, зато интерес ко мне вырос.

— Я говорила, что приглашаю только один раз, Сережа? — напомнила она, вставая. — Для тебя сделаю исключение. Предложение остается в силе, пока суд не рассмотрел ходатайство. После этого договариваться тебе придется уже не со мной, а с теми, кто тебя заказал. И чует мое сердце, что такие, как они, заранее предупреждать тебя не будут.

И она ушла, оставив меня еще более загруженным, потому что ее ответы породили еще больше вопросов.

Сегодня мой день начался под девизом «ох и заманало все». Вот бывает же такое, когда человек тянет на себе все словно муравей, тянет, навалил по самое не могу и тащит, бежит всем на помощь, всех спасает, а потом в один прекрасный момент ему это все до того надоедает, что он резко все бросает и останавливается. Или прячется где-нибудь за закрытой дверью.

Вот примерно так же произошло сегодня со мной.

Этим утром я, как ни странно, проснулся в прекрасном расположении духа. Причем проспал, так как проснулся не как обычно, в полшестого-шесть, а практически в семь двадцать, и никто меня не разбудил. Даже вездесущая тетя Нина, которая обычно зорко следила, чтобы все на ее завтрак попадали вовремя и ели блинчики (ох уж эти блинчики тети Нины!) горячими. И вот сегодня даже она специально не топала у меня под дверью в коридоре, чтобы я услышал и проснулся. Удивительно.

Было воскресенье, а до понедельника от меня в текущих делах ничего не зависело.

Я смачно потянулся в кровати, сладко зевнул и сделал «ленивую» гимнастику: вытянулся во всю длину, мягко напрягая мышцы, покрутил кистями и стопами, чтобы разогнать кровь, а на выдохе прижал подбородок к груди и несколько раз скрутился. Кровать подо мной, хоть и была новая и комфортабельная, все равно жалобно скрипнула. Ну да, пора возвращаться на путь снижения излишнего веса, Серега, пора!