Книга Двадцать два несчастья. Том 12, страница 14 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Да, слушаю, — сказал я и, поднявшись, вышел из кухни, чтобы они не слышали мой разговор.

— Серега, — промямлил Елисей, но куда бодрее, чем при нашем последнем разговоре в Склифе, — я уже вышел из больницы.

— Ну что ж, поздравляю, — хмыкнул я. — Когда ко мне собираешься? Или что там у тебя по плану намечается?

— Да, вот я хотел спросить, если я прям сегодня выеду, это нормально будет?

— Ну, конечно, нормально, — заверил я, — а ты хоть успеешь свои вещи забрать из общежития, с документами оформиться?

— Да ты знаешь, — замялся Елисей, — сейчас с документами смысла оформляться нет, потому что праздничная суета, тут в основном корпоративы один за другим идут или сдача отчетов. Не до меня. Да и не хочу я сейчас показываться в институте. Давай я к тебе приеду, немного поработаю? А потом уже что-нибудь придумаем.

Понятное дело, Елисей юлил, потому что показываться после мнимого самоубийства было стыдно. Я не знал, как оформлять его документы, но это, по идее, решалось дистанционно через Марусю, поэтому приободрил его:

— Да, конечно, без проблем, Елисей. Давай ноги в руки и приезжай. Адрес я тебе скину, тебе нужно будет доехать до Казани, лучше самолетом, а оттуда есть рейсовый автобус в Морки, есть бла-бла-кар или такси.

— Такси мне дорого, — вздохнул Елисей и как-то заискивающе добавил: — Ты знаешь, у меня вообще денег почти не осталось. Может, даже и на билет на самолет не хватит, — он стушевался, — но я перекладными решил…

— Да не переживай, я тебе сейчас скину подъемные. У тебя этот номер к карточке привязан?

— Привязан, — с готовностью подтвердил Елисей.

— Вот и отлично. Я тогда скидываю деньги. Ты берешь билеты, приезжаешь, если что, звони, мы тебя из Морков заберем. Все понял?

— Понял.

— И еще посмотри, чтобы у тебя была теплая одежда. Хотя, если чего-то не будет, мы тебе здесь подыщем. И это… — Я сначала не собирался этого говорить, а потом все-таки сказал: — Приезжай побыстрее. Кажется, у меня тут намечается небольшая война с партнерами, и мне не помешает любая поддержка.

Распрощавшись с Елисеем, я хотел вернуться на кухню, хотя внутри назревал протест и идти туда совершенно не хотелось, и тут снова зазвонил телефон.

Я глянул на экран — Сашка. Обрадованный, что хоть что-то сегодня идет хорошо, я схватил трубку и сказал:

— Привет, Саш.

— Привет, — ответил он и добавил: — Слушай, тут такое дело, короче, я уже в Москве.

И выжидательно замолчал.

— Ну, отлично, — сказал я, — если ты не собираешься заезжать к Марусе, то давай тогда дуй ко мне. Кстати, Елисей… ну, ты должен помнить, он с рыжим Лехой с нами в караоке ходил. Так вот, он тоже сюда намылился ехать. Созвонись сейчас с ним, я тебе сброшу его номер, и приезжайте вместе.

— Отлично, — обрадовался Сашка, — чего-то взять?

— Да нет, ничего не надо, так приезжай, — сказал я.

Сашка отключился, я скинул ему контакты Елисея и, порадовавшись, что скоро приедет сын, заспешил к незваным гостям. Настроение слегка приподнялось, потому что группа поддержки завтра приедет, и все-таки толпой отбиваться от этих высокомерных дураков намного легче. Нет, я мог и сам, но свои люди за спиной — это важно.

Когда я вернулся на кухню, там царила уже иная атмосфера — и я понял: это только начало. Все дружно ели, стараясь не смотреть друг другу в глаза, и оживленно обсуждали погоду и какие-то казанские новости — вроде того, что новый магазин собираются открыть или очередную улицу переименовать. Тетя Нина стояла у стены и семафорила мне что-то глазами, но расспрашивать при всех было неудобно, поэтому я сделал вид, что не заметил.