Книга Двадцать два несчастья. Том 13, страница 48 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Юрист же через пару дней должен был вернуться. А в Казани его ждал нотариус для оформления документов.

И вот мы все собрались. Вера Андреевна по своему обыкновению даже чуточку всплакнула, все обнимались, прощались. Здесь же была Полина Фролова со всеми своими четырьмя детьми, они о чем-то шептались с Танюхой. Степка стоял рядышком с Андрюшкой и слегка зареванным Борькой, и они втроем солидно, по-мужски молчали, правда, периодически шмыгали носами. Но даже среди самых суровых мужиков случается всякое. Пришли Генка с Клавдией и Анатолий с Оксаной. Тайра Терентьевна стояла в уголке и только печально вздыхала.

Тетя Нина с Аленой Петровной торопливо совали отъезжавшим пакеты с пирожками в дорогу — ибо нечего там, в придорожных забегаловках, всякую ерунду покупать, как они сказали, — и термосы с чаем.

И вот когда все уже по третьему кругу наобнимались, я вышел в середину холла.

— Ну что ж, дорогие мои! — сказал я, дождавшись тишины. — Спасибо вам за то, что приехали! За то, что здесь собрались. Тем, кто хочет остаться работать, спасибо, что откликнулись на мой призыв. Думаю, что мы с вами хорошо провели время, новогодние праздники всем понравились и вы немного оздоровились, подышали целебным воздухом, попили минеральной водички. И что еще сюда не раз приедете. Санаторий находится рядом с Казанью, да и от Москвы не так далеко, поэтому в любое время добро пожаловать. И так как вы все мои друзья, не надо звонить заранее и предупреждать. Приезжайте в любое время, уж что-что, а место мы вам всегда найдем. В крайнем случае поселим во флигеле.

При этих словах все тихо заулыбались.

— Я уезжаю в Москву. Так сложилась ситуация, что есть еще одна большая проблема, которая касается, как вы все, наверное, слышали, наследия покойного академика Сергея Николаевича Епиходова, моего тезки, в чью научную школу мне посчастливилось попасть. И с чьей семьей я сроднился.

Я посмотрел на Марусю с Терновским, потом на Сашку, возле которого стояла Ева — хоть и на дистанции, но тем не менее. И мое сердце окутало тепло. Как хорошо, что все мои в сборе. Жаль, конечно, Беллы нет. Ну что же тут поделаешь, меня ведь, по сути, тоже нет.

Я улыбнулся и продолжил:

— Сколько пробуду в Москве, не знаю. Возможно, за неделю управлюсь, хотя сомневаюсь. Но недели две, а может, и месяц. То есть я очень рассчитываю, что вы здесь начнете сами потихоньку наводить порядки. Основа заложена, ресурсная база есть, есть команда и ответственные по всем организационным вопросам. Что касается медицинской части — к Александре Ивановне и к Николаю Борисовичу. — Я кивнул, и они заулыбались и кивнули в ответ. Видно было, что Самарцев расстроен, а у Сашули глаза красные. — Если появятся вопросы юридического характера — есть Наиль. — При этих словах наш законник гордо кивнул и приосанился. — И самое главное — Ева. Мы решили, что она на этот месяц останется в санатории, потому что идет плотная поточная работа. Они с Наилем будут часто работать онлайн: он больше в Казани, а Ева здесь. Поэтому имейте в виду: все, что надо, они порешают. Александр, я рад, что ты присоединился к нашей команде и начал помогать с оборудованием. Надеюсь, что все хотелки нашей неугомонной Александры Ивановны ты выполнишь.

Все засмеялись, и Сашуля тоже смущенно улыбнулась. А я повернулся к соседу: