Книга Двадцать два несчастья. Том 11, страница 81 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Прекратим. — Она прижала телефон к груди.

— А операция? — Виктор подался вперед.

— Когда анализы будут на руках, обратитесь в Институт нейрохирургии, к академику Петрову-Чхве, Ивану Чиминовичу. Он такие операции делал, правда, давно. Операция технически отработанная, но деликатная. Фистулу либо закрывают эндоваскулярно через катетер, либо выключают микрохирургически. Что именно вам подойдет — решит сосудистый нейрохирург после селективной ангиографии. Задача одна: фистулу закрыть. Если успеете — ухудшение остановится, а часть функций потихоньку вернется уже на реабилитации.

При словах «часть функций вернется» Виталий оторвал взгляд от потолка и медленно перевел его на меня. Не сказал ничего, но смотрел уже не сквозь.

— Сергей, а насколько вернется? — тихо спросила Тереза Васильевна.

— Зависит от того, сколько лет это тянется и как Виталий подойдет к операции. Точных гарантий вам никто не даст, и я не дам. Но это первое за все эти годы конкретное направление, в котором есть смысл идти.

Тереза Васильевна сдавленно всхлипнула. Виктор положил руку ей на плечо.

— Реабилитация будет долгая, — добавил я. — Сперва корсет и поддержка, потом, когда состояние стабилизируется, повезете в санаторий. Я бы советовал Сергиевские Минеральные Воды — санаторная реабилитация там толковая, особенно после спинальных вмешательств. Обеспечение, конечно, не очень, комфорт не ахти, зато медицинская база на высочайшем уровне.

— Спасибо вам большое! — воскликнула Тереза Васильевна дрожащими губами.

— Но мы должны еще проверить этот диагноз, — нахмурился Виктор.

— Конечно, — подтвердил я. — Обязательно. Вы пройдете полный медосмотр и только потом делайте выводы. Я подсказал, в какую сторону смотреть. Вы туда не смотрели, а вот надо было начинать именно отсюда. Этот диагноз, как правило, очень сложно идентифицировать. Так что ничего, надеюсь, дальше у вас все пойдет хорошо. И вообще, вашего отца давно пора поднимать на ноги.

— Получится! — убежденно сказала Тереза Васильевна и счастливо блеснула глазами в сторону мужа. — Виталий, скоро мы с тобой переборем эту болезнь.

— Что касается вас, Виктор, — перебил я, не дав мужу ответить, — у вас тоже есть два заболевания, на которые срочно стоит обратить внимание. Первое — сердце. Скажите: по утрам покалывает, рука отнимается?

Виктор удивленно посмотрел на меня:

— Да, есть такое. Но я думал, это туннельный синдром.

— Нет-нет, — возразил я. — Туннельный синдром — это когда после монотонной работы за компьютером немеют большой, указательный и средний пальцы, иногда простреливает по тыльной стороне ладони. У вас картина другая: утром немеет вся рука. Это сердце, Виктор Витальевич. Диагноз тут, к сожалению, однозначный — ишемия миокарда, то есть сердечная мышца недополучает кислород. Объясняю простым языком: коронарные артерии, те, что кровь к нему несут, потихоньку забиваются холестериновыми бляшками. В покое крови еще хватает, а при утреннем скачке давления, когда вы только встали и пульс подскочил, — уже нет. Отсюда покалывание и прострел в руку. У мужчин за сорок при сидячей работе и хроническом стрессе — типовая картина. Советую обратиться к кардиологу, а тот, скорее всего, назначит коррекцию холестерина, малые дозы аспирина для разжижения крови, контроль давления и Омега-3. И с курением завязывайте. Не тяните. Каждая затяжка травмирует сосуды.