Книга Двадцать два несчастья. Том 1, страница 56 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Соседка удивленно на меня взглянула, но после недолгого раздумья кинула, хоть и неуверенно.

И мы начали действовать. Правда, закапывать в котенка препарат против глистов не стали, чтобы не травить и без того ослабленный организм. Права Маринка.

Зато накормили, залив пипеткой (это у Сереги в аптечке было) немного молока. Он проглотил. С трудом, но глотнул. Затем смазали его раны (точнее, края раны) йодом. К сожалению, ничего другого не было. Завтра я попробую купить противогрибковые препараты от лишая и начну лечить его полноценно. Но сейчас требовалось хотя бы купировать очаг инфекции.

После процедур оставили его на какой-то тряпке на полу у батареи. Пусть приходит в себя. Рядышком поставили блюдце с молоком.

— Фух! — сказала Татьяна, которая все это время ассистировала. — Такое ощущение, что я вагоны разгружала. Даже со Степкой так не уматывалась. А он у меня та еще егоза был.

Я усмехнулся. На языке вертелось «как его пропавший без вести отец». Но ответить не успел. Татьяна окинула хищным взглядом мою обитель и сказала:

— Теперь возвращаясь к твоему бардаку…

У меня аж сердце екнуло.

— А что не так? — вкрадчиво спросил я.

— Все не так, — сварливо ответила она, — нельзя в таком сраче жить.

— Видишь ли, у меня больное сердце…

— Больное сердце и срач — не вижу связи! — категорично заявила Танюха.

— Я потихоньку убираюсь, — попытался оправдаться я. — Пытаюсь, во всяком случае…

— Оно и видно, что потихоньку! — вздохнула она. — Здесь надо сделать мощный рывок!

— И все сжечь, — добавил я, — напалмом выжечь всю эту нечисть.

— Да зачем жечь-то? — не поняла моего юмора Танюха, и ее глаза вдруг блеснули. — А давай я тебе тут все поубираю?

От неожиданности я чуть не сел там, где стоял.

— В смысле?

— В прямом, — хихикнула она, глядя на мое изумление. — Я же в клининге работаю.

— Но услуги клининга, насколько я знаю, стоят отнюдь не дешево, — осторожно сказал я. — И вряд ли это будет в ответ на осмотр Степана. С таким же успехом я мог ему лоб зеленкой помазать…

— Зачем лоб? — округлила глаза Танюха.

— «Эффект плацебо», — пояснил я.

Вряд ли соседка знала такие слова, но согласно кивнула и перевела разговор.

— Ты же врач.

— Врач, — подтвердил я.

— А значит, иметь такое знакомство вдвое выгодно.

— Но я врач — хирург, — мягко сказал я, — и вряд ли тебе может грозить прободная язва кишечника или феохромоцитома надпочечников? Может, ты в моих услугах никогда и нуждаться не будешь. Кроме того, в таких случаях у нас в стране оперируют совершенно бесплатно…

— Тьфу-тьфу-тьфу, — суеверно отпрянула Татьяна и тут же добавила, заглядывая мне в глаза: — Нет, мне совсем другая услуга нужна.

Первым моим порывом было схватить ее за шкирку и выкинуть в подъезд, но, во-первых, ее габариты не уступали габаритам Сергея, а во-вторых, всегда нужно выслушать человека до конца.

Поэтому я задал закономерный вопрос, старательно выдерживая нейтральность в голосе:

— Что за услуга?

— Ты же толстый? — начала издалека соседка.

Я внутренне усмехнулся, стараясь, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул — из Танюхи прям-таки фонтаном били врожденный такт и деликатность.

— Э… допустим.

— Не допустим, а так и есть. Толстяк! Жирный прям! И я тоже! А знаешь, что ученые говорят?

— Что? — подозревая неладное, спросил я и сделал шажок назад. — Какие ученые?