Книга Двадцать два несчастья. Том 1, страница 113 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Осторожнее! — выдохнул я, сердце колотилось как бешеное.

Но вместо того, чтобы извиниться, распахнулись дверцы, и из внедорожника высыпали крепкие ребята, которые подошли ко мне с явно недружественными намерениями.

— Епифанов? — не спросил, а обвинил главный из них, высокий плечистый парень, явно злоупотребляющий фитнесом в спортзале и стероидами.

Одеколоном от него несло так, что я чуть не задохнулся.

— Типа того, — нахмурился я и посмотрел на него. — Епиходов.

— Да какая нах разница! — выругался тот.

Неужели Серега еще и этим что-то должен?

Очевидно, мой пристальный взгляд одеколонистый качок воспринял как акт агрессии, потому что еще больше набычился:

— Я Руслан, жених Лейлы, которую ты, скотина, чуть не зарезал в больнице! — вызверился он, чуть не обрызгав слюной.

— Если бы не я, ты бы уже был вдовцом, а не женихом, — процедил в ответ я, глядя ему прямо в глаза. — Если не веришь, иди в больницу и узнай там, в каком она была состоянии и сколько минут ей оставалось жить! Мне пришлось взять на себя ответственность и поиметь кучу проблем — и все ради того, чтобы спасти жизнь твоей невесты! Если бы стали дожидаться консилиума врачей и бригады из других больниц, она бы точно или не дожила, или превратилась в овощ! Никто, мать твою, ответственность не хотел брать за ее жизнь, понимаешь? Там счет на минуты шел!

Лицо Руслана вытянулось. Сказанное ему явно не понравилось, но мне уже было все равно. Заколебали!

— А то, что ты сейчас вот это изображаешь передо мной, вообще за гранью! Еще и рассыпали мои вещи — это все вместо благодарности!

— Какая тебе еще благодарность? Ты, алкаш! Ты уже трех пациентов залечил, скотина! — опять вылупился он на меня. — Тебя же выпнули нах из больнички!

— Это еще надо доказать! — брякнул я и вдруг сам удивился своим словам. — То, что меня уволили, опять же, — это не твое дело. И в-третьих, если у тебя такие сомнения, никто не мешает поехать в Москву, в клинику академика Ройтберга, и взять там заключение по результатам операции. И вот когда врачи скажут, где я был неправ, тогда и будешь на меня наезжать. А если так, на личных фантазиях, то я на тебя в суд подам!

— Да ты что⁈ Да ты знаешь, кто я? — забыковал он. — Я — Руслан Ахметов!

— Да хоть бы и Кадыров! — зло выпалил я. — Мне все равно, кто ты, потому что тут я прав, а ты — нет. Я знаю, кто я, и знаю, что спас человека. Еще знаю, что ваша вот эта вся благодарность выразилась в том, что из-за вас меня из больницы уволили и теперь ты мне нервы треплешь! Что ты от меня сейчас хочешь? Она жива? Жива! Если это не так, зарежь меня, убей, а пальцы гнуть передо мной не надо, не на того напал!

Я посмотрел на него, меня переполняла ярость. Он не выдержал первым, отвел взгляд, презрительно сплюнул, а затем пнул одну из баночек БАДов ногой так, что та отлетела, ударившись в столб-тумбу с объявлениями.

От удара баночка раскололась, и пилюли брызнули во все стороны на тротуар, на дорогу, на клумбу… А жених Лейлы еще и прошелся по пути к своему внедорожнику так, чтобы сапогами их все раздавить, все до единой. Остальные мужики молча сели за ним в машину.

Внедорожник, взревев, уехал, напоследок щедро обдав меня грязью из ближайшей лужи.

А я так и остался там стоять, недоумевая, что теперь делать. Кажется, на меня ополчились все, причем на ровном месте. Меня это так задело, что вмиг подскочило давление.