Книга Двадцать два несчастья. Том 1, страница 103 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— А какие на тебя посмотрят сейчас, а, принцесса? — задал я отрезвляющий вопрос.

Татьяна не ответила, только тяжко вздохнула, признавая мою правоту.

А я подытожил наш разговор:

— Поэтому завтра. В шесть ноль-ноль. У подъезда. На пробежку!

Вернувшись к себе домой, я обнаружил, что котенок вылез из коробки через проделанную мною дверцу и пошел на ту же половую тряпку совершать гигиенические процедуры. Лоток сиротливо стоял рядом.

При виде меня Валера гордо вспушил хвост и утробно мяукнул.

— Валера, ты заманал ходить ссать на тряпку, — укоризненно заметил я. — Я зачем тебе лоток покупал? И наполнитель, между прочим, тоже.

Валера мой выпад проигнорировал с воистину кошачьим хладнокровием и неторопливо продефилировал обратно в коробку, высоко держа облезлый, словно шнурок, хвост. Еще бы дверкой, скотина, хлопнул. Чтоб уж наверняка.

Ну вот каков наглец! Еще от лишая до конца не вылечили его, а он уже вовсю права тут мне качает! Надо, видимо, начинать искать ему хозяев.

Словно прочитав мои мысли, Валера исподлобья взглянул на меня и отвернулся.

Наглая морда!

Я вот на него смотрю и иногда думаю, может, Валера — тоже попаданец? Какой-нибудь могучий колдун из параллельного мира, затеявший захват Земли, да по ошибке попавший в котенка?

Или, бери выше, легендарный писатель, который давно исписался и сдался, но перед тем еще некоторое время мучил бедных литнегров, рассказывая всем сказки, что он суперсюжеты придумывает и все остальное, а сесть и написать текст по готовому — это тьфу, как два пальца. А потом осознал, что его истории — никому не нужный ширпотреб, да и сам он уже давно на фиг никому не сдался, и от горя самоубился? А боженька в назидание перекинул его вот в этого паршивого котенка с помойки? И даже интерфейса не дал, ибо нефиг.

Ну что ж, версия вполне жизнеспособная. Глядя на Валеру, я даже не сомневался.

И, кстати, молоко в пакете, оставленном Татьяной, закончилось. Пока еще окончательно не стало поздно, нужно бы сходить в магазин и взять еще. Да и себе прикупить чего на завтрак. Родительские харчи подходили к концу. И долг заодно отдать.

Магазин меня встретил привычной тишиной. За прилавком все так же сидела Светка, которая на этот раз разгадывала кроссворд. При виде меня она встрепенулась:

— «Жители Парижа» — восемь букв? — Она с надеждой посмотрела на меня и торопливо добавила: — «Парижане» не подходят.

Я пожал плечами.

— Ну давай же! — подбодрила она меня. — Ты же доктор, с высшим образованием, должен такое знать.

Не понимаю, какая тут связь, но на всякий случай сказал:

— Французы?

Светка опять залипла в кроссворд и уже через пару секунд просияла:

— Точно! И какие придурки эти кроссворды составляют! Дебилы, мля!

Вопрос был явно риторическим, поэтому я продолжил ходить между полками и меланхолично отбирать продукты: взял греческий йогурт, коробку правильной «долгоиграющей» овсяной крупы, маленькую пачку сливочного масла, творог, пакет безлактозного молока, цельнозерновые хлебцы, упаковку со слабосоленой форелью и плитку черного шоколада. Немного подумал и взял еще одну шоколадку, молочную, с фундуком и изюмом. За зеленью и овощами свежими, видимо, лучше на базар, а тут из подобного только кабачковая икра в банке. Поразмышляв, взял еще и гроздь начавших темнеть бананов. Кабачковая икра — источник клетчатки, калия и витаминов группы B; она улучшает пищеварение и поддерживает нормальную работу сердца. Бананы, особенно слегка переспевшие, богаты калием, магнием и триптофаном, которые помогают восстановить энергию и улучшают настроение.