Книга Последняя битва-1, страница 90 – Данияр Сугралинов

В это время я отчаянно, но тщетно пытался вырваться из Вечной петли, а Вер'Шугурр, встав за ее пределами, явно плел какое-то заклинание: его руки окутывал черный искрящийся дым.

Я понимал, что у меня остались считаные секунды, и судорожно пытался применить хоть что-то из своего обширного арсенала, даже Глубинную телепортацию…

…но чуда не случилось. Не получилось даже призвать на помощь Ночь.

За это время Вер'Шугурр закончил каст, и дым в его руках вытянулся в струю, которая беспрепятственно преодолела границы Вечной петли и сковала меня по рукам и ногам. Вслед за этим демониак в серебряной маске вытянул меня наружу, одним движением опрокинул на спину и поставил ногу на грудь, после чего начал плести еще одно заклинание.

Нить Люция наложила на меня какой-то дебаф, заблокировав способности, а проклятие Вер'Шугурра, чем бы оно ни было, лишило всех сил. И без интерфейса я понимал, что меня вернули на 1-й уровень, и даже звезды на роге стерлись. У меня теперь не было даже белой звезды.

Люций в это время, бросив на меня удовлетворенный взгляд, продолжал давать указания тем, кого отобрал для участия в Играх.

Внезапно раздался яростный, но тихий хриплый шепот:

— Ааз!

Повернув голову, я увидел, что Хаккар, которого считал мертвым, вдруг вскочил на ноги, направив на демониака черный камень — ослабляющий артефакт Вер'Корванта, тот самый, который я отдал ему за минуты до появления Люция. Как и я, Хаккар лишился руки, а вместо левой ноги торчал обрубок, истекающий багрово-зеленой кровью, но он был жив и стоял буквально в трех метрах от меня!

Пока Вер'Шугурр недоуменно поворачивался к нему, в руке тифлинга сверкнул кинжал Астарота. Хаккар метнул его с невероятной точностью — оружие вонзилось в грудь демониака, пленившего меня. В момент удара по лезвию пробежала волна кровавых рун, а вдоль него ожили извивающиеся щупальца, похожие на блестящих металлических червей. Они мгновенно вытянулись, почуяв кровь, и впились в плоть Вер'Шугурра, проникая глубже, чем само лезвие.

Демониак издал душераздирающий вопль, начал корчиться и деформироваться. Щупальца кинжала, словно обладая собственным разумом, продолжали вгрызаться в него, расползаясь по всему телу. Кожа Вер'Шугурра почернела, на ней вздулись пузыри, а из ран, оставленных щупальцами, сочилась не кровь, а какая-то темная дымящаяся субстанция.

За считаные секунды тело демониака превратилось в иссохшую оболочку, будто все жизненные соки были высосаны из него. Глаза Вер'Шугурра, еще секунду назад горевшие яростью, потухли и ввалились. С последним хрипом он рухнул на землю, а его тело начало рассыпаться черным прахом.

В тот же миг разрушилась сковывавшая магия, и ко мне вернулись силы. Кинжал, выполнив свою жуткую работу, упал рядом с останками Вер'Шугурра. Его лезвие, ранее казавшееся живым, теперь напоминало причудливую мозаику из металлических завитков и спиралей. Несмотря на неподвижность, узор будто бы все еще таил в себе скрытую угрозу.

— Беги, Ааз! — прохрипел Хаккар, едва держа равновесие на одной ноге. — Ты нужен им… нам всем! Ты нужен…

Его слова оборвал яростный рев Люция. Владыка Преисподней нанес сокрушительный удар рукой-копьем, которой должен был распылить меня на атомы.

Я прыгнул в сторону, перекатился, ощущая возвращение навыков, словно дебаф Люция наконец закончил свое действие. А когда посмотрел туда, куда ударила рука-копье, увидел, что Хаккар принял удар на себя, закрывая меня своим телом. Хрустнули кости, из его рта хлынула кровь.