Книга Последняя битва-1, страница 216 – Данияр Сугралинов

Я нанес пробный удар. Коготь Тьмы вошел в плоть босса без малейшего сопротивления. Но вместо привычного ощущения разрываемых мышц и крошащихся костей я почувствовал что-то иное — словно моя рука погрузилась в субстанцию, находящуюся одновременно здесь и в каком-то ином измерении. Черная кровь, густая как смола и древняя как сама Преисподняя, медленно сочилась из раны, но шкала здоровья оставалась издевательски полной.

Активировав все боевые приемы Адского рукоборства и ускорившись, я нанес серию ударов, вкладывая в каждый всю силу, все умения, но результат оставался прежним: раны появлялись, кровь текла, а здоровье босса не уменьшалось даже на долю процента. Это противоречило всем законам мироздания. Что-то было неправильно.

В это время с улицы донеслись первые крики тревоги:

— Вер'Мамукт предатель!

— Трубите сбор! Он проник к Угар-Намтару!

— Он перебил всех своих!

Топот множества ног нарастал подобно приближающейся лавине, отражаясь от стен и усиливаясь в замкнутом пространстве подземного города. Мысли заметались в поисках решения: демониаки придут всей армией, и даже с Дьявольским ускорением в тесном зале против такой массы… Мне везло в Провале, врагам нечего было противопоставить Дьявольскому ускорению, но кто знает, какие возможности у тех, кто на базе? А если в это время еще и босс очнется, риск погибнуть станет много выше.

Однако бежать с пустыми руками не хотелось. Что, если забрать Угар-Намтара с собой? Сделать это было непросто, обхватить его исполинское тело — все равно что объять гору. Его плоть, несмотря на нанесенные раны, оставалась плотной и тяжелой.

Но у меня получилось. В зал уже ворвались первые демониаки, когда Хаотический прыжок успешно перенес на 333-й этаж не только меня, но и босса.

Здесь, в полумраке нашей базы, среди трофейного оружия и тел павших демонов, исполинская фигура Угар-Намтара казалась еще более зловещей. Его безвольное тело рухнуло на каменный пол с гулким ударом, от которого, казалось, содрогнулся весь этаж.

Я опустился на холодные камни рядом с поверженным боссом, пытаясь собраться с мыслями. Его пустые глаза были широко распахнуты, безжизненно уставившись в потолок пещеры.

Что делать дальше? Тело босса оставалось неуязвимым, все попытки нанести ему урон бесполезны. Может, отсечь голову? Или призвать всех своих демонов и попробовать разорвать на части? Или плюнуть, а самому прыгнуть наверх — помочь нашим разобраться со смертными?

И тут я почувствовал это. Не увидел, не услышал, а именно почувствовал — взгляд. Тот самый пронизывающий холод, который ощущаешь, когда на тебя смотрит хищник. Медленно, очень медленно я повернул голову.

Глаза Угар-Намтара больше не были пустыми колодцами, взгляд приобрел осмысленность. Он смотрел на меня так, словно видел насквозь, читая не только мысли, но и саму суть моего существа.

Воздух вокруг задрожал от незримой мощи, и я понял: то, что я принял за безжизненное тело, было лишь оболочкой, такой же маской, как мой облик Вер'Мамукта.

Массивная рука Угар-Намтара поднялась медленно, но неотвратимо. Его указательный палец уперся мне в грудь.

На вас повесили проклятие: «Разоблачение».

Принудительное снятие эффекта мимикрии: ваша истинная сущность раскрыта!

Я даже дернуться не успел — какая-то сила намертво пригвоздила меня к месту. Облик Вер'Мамукта стал осыпаться, являя мой настоящий вид. Последние частицы металлической кожи растаяли в воздухе, оставляя меня без маскировки.