Книга Последняя битва-1, страница 161 – Данияр Сугралинов

Он умер, проклиная всех богов и призывая силы тьмы.

И тьма ответила.

Говорят, каждый грешник помнит свой первый миг в Аду. Для Нур-Шаррура это было падение. Бесконечное падение сквозь удушающую тьму, где каждый вздох обжигал легкие серным пламенем. Крики других проклятых душ сливались в какофонию безумия, но он различал в ней слова на давно забытых языках: мольбы о пощаде, проклятия и безумный смех.

Первое столетие Нур-Шаррура терзали в котле кипящей крови его жертв. Но там, где другие грешники выли от боли и молили о пощаде, он смеялся. «Это все? — хрипел он демонам-мучителям. — Моим живым жертвам приходилось хуже!»

В какой-то момент его заметил Азазель, один из высших демонов. «А ты хорош», — ухмыльнулся он, и Нур-Шаррура перевели в другой круг Ада. Там грешников не мучили — там их ломали, превращая в демонов. Чтобы стать исчадием Ада, требовалось уничтожить в себе искру Создателя.

Нур-Шаррур справился за каких-то жалких пять веков. Он не просто мучил других грешников — он дробил их души, рвал их, впитывая страдания и страхи. Каждое поглощение, каждая мука делали его сильнее, постепенно выжигая остатки человечности.

Он сокрушал их мечты о лучшем будущем для потомков, являясь к живым в моменты отчаяния, предлагая сделки, от которых невозможно отказаться. Золото, власть, месть — все это становилось крючком для ловли душ. А после — годы изощренных манипуляций, превращающих жизнь жертвы в персональный ад, где каждое решение вело к еще большему падению. К моменту истинной смерти грешники проклинали день, когда поддались шепоту Нур-Шаррура, но было поздно: их души уже принадлежали ему.

Демоны-мучители приходили смотреть, как он работает, учились его методам. Даже в Аду существуют границы жестокости, но Нур-Шаррур переступал их все, наслаждаясь каждым мгновением чужой агонии.

Когда последняя искра человечности погасла в его душе, начала проявляться истинная демоническая сущность. Это не было похоже на пытки в кипящей крови или терзания крюками. Трансформация ощущалась иначе — словно кто-то стирает твою личность ластиком, оставляя пустой холст для новой. Кроме того, изменения коснулись и физиологии: кожа почернела и затвердела, превратившись в костяные пластины, на спине выросли крылья, больше похожие на лохмотья, пальцы удлинились и заострились, превратившись в когти.

Став демоном, он влился в воинство Ада. Здесь царила железная иерархия: архидемоны, высшие демоны, адские палачи, искусители душ. И во главе — Властелин Бездны, Темный Князь, Отец Лжи — сам Сатана, чьей незримой рукой управлялся Ад. Даже в Аду никто не знал, откуда пришел Враг Рода Человеческого и в чем его конечная цель.

Смертные придумали множество историй о его происхождении. Одни верили, что он падший ангел, первым восставший против Создателя, низвергнутый с Небес. Другие утверждали, что он существовал всегда — как дух тьмы и разрушения, близнец-антипод самого Создателя, рожденный вместе со светом в момент создания вселенной. Третьи считали его древним змеем, порождением первозданного Хаоса, что каждую ночь пытается пожрать солнце. Были и те, кто видел в нем не врага богов, а одного из них — хитрого и коварного обманщика, чьи интриги однажды приведут мир к концу времен.

Но все это были лишь слухи, легенды, которые сам Темный Князь никогда не подтверждал и не опровергал.