Книга Последняя битва-1, страница 138 – Данияр Сугралинов

Каждый отзывался во мне смутным узнаванием. Мелкий гном с острым подбородком и глазами, полными какой-то отчаянной решимости. Могучий титан, чье некогда мощное тело иссохло от страданий. Светловолосая девушка в изорванном белом платье. Хмурый узкоглазый человек, кутающийся в лохмотья. Широкоплечий мужчина с тяжелым подбородком и шрамом через всю щеку. Впереди бежала та самая рыжеволосая смертная — Ирита. Ее лицо отчего-то казалось невероятно знакомым, будто я видел его тысячи раз.

— Стоять, ублюдки! — Верховный жрец Бездны Ларион вырос перед ними подобно стене. — Вам туда нельзя.

— Но… — Ирита запнулась, ее голос дрожал. — Это… это же Скиф! Он наш друг, а я его…

— Вы, отказавшиеся преклонить колено перед Бездной, здесь только по ее милости, — отрезал Ларион, и его голос зазвенел сталью. — Вам выделено место, следуйте туда и молитесь своим падшим богам, чтобы я не передумал! Если высунете оттуда нос до рассвета, будете развоплощены!

— Как мы попадем на Игры? — спросил мелкий гном.

— На рассвете всех участников перенесут в Окаянную брешь, где бы они ни находились. Это понятно?

Его голос прозвучал так властно, что под надзором прислужников Лариона смертные покорно поплелись к лифтам, опустив головы. Ирита обернулась, и на мгновение наши взгляды встретились. В ее опустевших глазах промелькнуло что-то, но я не успел понять, что именно: Ларион грубо подтолкнул ее в спину.

— Нам тоже пора, — подала голос Кэрри. Она приблизилась ко мне и тронула за плечо. — Ааз… Сочувствую. Вам придется нелегко.

Странно, но в ее тоне я уловил нотки искреннего сочувствия, что казалось необычным для бездушной.

Мы гурьбой двинулись к лифтам. По пути ко мне приблизилась Лилит.

— Сегодня я к тебе не приду, — тихо сказала она, едва касаясь когтями моего предплечья. — Нужно хоть немного поспать. Завтра нам понадобятся все силы.

Я молча кивнул, хотя ощутил легкое разочарование. Прошел всего день, но я успел привыкнуть к ее присутствию.

Услышав ее, Лерра хихикнула.

— Отдохни как следует, центурион, — сказала она, и в ее улыбке промелькнуло что-то совсем юное и знакомое, словно в какой-то другой жизни мы с ней были так же близки, как с Лилит.

— Перевернем завтра все вверх дном, Ааз! — хохотнул Ридик, хлопнув меня по плечу. — Ох и подожгу я им всем задницы! Особенно этому высокомерному Скифу! Нутром чую: встречался я с ним, хоть и не помню такого!

— И где ты с ним встречался? — проворковала Лерра. — Опять бредишь? Или включил режим паранойи?

— Мне не страшна никакая паранойя, мне не страшен инквизитор-садист, — невпопад продекламировал Ридик, — я не боюсь бухого мордобоя, я алкоголик, я демон-анархист!

— Хорошо сказано! — воскликнул Славикус.

Оба демона торжественно чокнулись демоническими фляжками, куда, судя по всему, залили весь алкоголь, выставленный на столы. В эти фляжки можно было уместить пару бочек пойла.

На нашем этаже Деспот, Сильва и Тарзак попрощались, пожелав мне набраться сил. Моя когорта во главе с седовласым Горвалом сказала, что при выборе босса нашей фракции отдадут мне свои голоса. Правда, Кродис умудрился даже в такой момент жевать что-то, запихивая в необъятное брюхо остатки угощения с церемонии.

— Центурион… — Агата Торнхарт, мой ординарий, приблизилась вплотную, и ее глаза вспыхнули алым огнем. — Я могла бы согреть вашу постель этой ночью… Последней перед битвой. Я сама хочу этого. Правда-правда.