Книга Последняя битва-2, страница 230 – Данияр Сугралинов

— Все наши союзники получили мой дар, — прошептала богиня, окончательно придя в себя. — Когда исход будет решать случай, чаша весов склонится в их пользу. Им повезет…

Она приблизилась еще на шаг. Между нами осталось всего несколько сантиметров, и я чувствовал тепло ее тела, слышал каждый вдох.

— Но тебе я готова дать больше, Скиф. — Ее голос стал тише, интимнее. — Помни главное: когда выхода нет, самые безрассудные поступки оказываются единственно верными. Не бойся рисковать. Не бойся довериться интуиции. — Ее рука легла мне на грудь, прямо над сердцем. — Удача любит смелых. А я… я люблю тебя.

Последние слова она произнесла так тихо, что их мог услышать только я. Потом поднялась на цыпочки и коснулась губами моего уха:

— Действуй. И помни — что бы ты ни задумал, я буду рядом.

Фортуна отстранилась, загадочно улыбнулась и растворилась в воздухе, оставив только слабый аромат весны. Золотистые искорки отметили ее путь до Санктуария Старых богов, куда я собирался наведаться. Не для того, чтобы призвать их или оценить возможности, этим, скорее всего, заняты Спящие, а просто чтобы понять, сколько их осталось.

Я остался один на крыше, переваривая слова Фортуны: «Самые безрассудные поступки оказываются единственно верными». Что она имела в виду?

Бездна, да я знаю, что она имела в виду. То же самое, что хотел донести до меня Главный Арбитр: можно бесконечно развоплощать Врага, но пострадают только его оболочки. Такие, как когда-то один из лучших демонов Люций или Лекса. Аномалию нужно заземлить, вписать в систему, и только тогда можно будет уничтожить Врага.

Но как?

Размышления прервал знакомый голос:

— Скиф! Ты где? На крыше? Иди сюда!

Заглянув вниз, я увидел, что Краулер машет мне рукой с балкона этажом ниже. Рядом с ним топтались Бомбовоз и Инфект, о чем-то оживленно спорившие. На столе возле Бома стоял волшебный аквариум с Ортокончиком.

Слетев с крыши, я присоединился к друзьям — они расположились на балконе-террасе. По всей вероятности, Краулер наколдовал стол и удобные кресла. Помимо трех парней там были Тисса, Ирита и… Макс.

Я нехотя, потому что физически ощущал, как утекает время, отодвинул стул и сел с ними.

— Ну так что, какой у нас план? — спросил Бомбовоз. И пояснил, увидев мой вопросительный взгляд: — Гирос уединился с Энико. Мало ли как завтра все обернется, а они… он… Ну, ты понял, у него… никогда, короче. Утес тоже со своей… Э… Терезой… Э-ээ… Скиф, тебе не кажется, что она слегка… — Он покосился на Макс.

— Старовата? — хмыкнула та. — Детки, поживите с мое, и тогда поймете, что важен не биологический возраст, а накопленный негативный опыт. Кто горя не знал, кого жизнь не била, тот и в пятьдесят будет наивным ребенком. А вы, знаю, все хлебнули с лихвой, как и мы, записавшиеся бета-тестерами не от хорошей жизни. Так что…

— Да я что… — смутился Бомбовоз. — Я Скифу сразу сказал, что ты клевая. Скажи ей, Скиф!

— Не помню, — пожал я плечами.

— Да блин…

Макс рассмеялась, и он окончательно смутился.

— Насчет плана… — заговорил я. — Знаю, что нужно сделать мне. Кстати, уже послал сигнал Рою, что битва состоится на рассвете в Лахарийской пустыне.

— Пустыня большая… — задумчиво произнесла Тисса.

— Наверное, соберем свои силы там же, где когда-то стоял Оплот Чумного мора. Осталось понять, кто будет планировать битву… — Подумав, я кивнул своим мыслям. — Король Бастиан и все Содружество, вольно или нет, но будут нашими противниками. Большая часть империи и нейтралов — тоже… хотя Крагош все еще жрец Спящих. Интересно, где он скрывается? Возможно, он возглавит битву? Нет, лучше поговорить с великими князьями и их генералами. Глупо не использовать их опыт.