Онлайн книга «Последняя битва-2»
|
Наконец Бездна сделала ход. Ауры Глашатаев резко усилились — я понял это не только благодаря Оку изначальных, но и по тому, как йожи-колоссы начали оседать. Их движения становились все медленнее, словно они увязали в невидимом болоте. Спутники Ушедших обрушили на Глашатаев шквал атак, но их энергетические лучи, плазменные сгустки, гравитационные молоты и силовые струны не причинили им вреда. Тем временем под давлением усовершенствованных аур йожи-гиганты попадали на колени. Спутники отступали. Бездна, поняв, что черти Меаза не так уж страшны, как намалевали их в бета-мире, наблюдала за происходящим с растущим интересом. Еще немного — и всех либо заставят служить ей, либо просто сотрут с лица Дисгардиума… Пора вмешиваться. Но так, чтобы не дать Бездне опомниться. В горле пересохло, адреналин прокатился по венам обжигающей волной. Следом накатило холодное спокойствие. У меня нет права на ошибку. Время поджимает. В любой момент может явиться Враг, тогда туго придется даже мне. Но… Бросив взгляд на Ояму, я увидел — он не сводит с меня глаз, узнав даже в облике гоблина Зиггса. — Ну что, учитель, — прошептал я. — Смотрите и учитесь… пока я жив. Вездесущность забросила меня прямо между Глашатаев, и я сразу ушел в Ясность, ускоренную Стремительностью урагана. Грусть и Тоска Спящих превратили Глашатаев в девять гигантских бурдюков, наполненных нулевыми характеристиками. Бездна меня даже не заметила, ее взгляд был направлен на йожей. Глашатай Висцерион со своими вибрирующими «ушами» раздражал больше всех. Инфразвук от него шел такой силы, что мои уши вяли даже в убыстрении, так что я выбрал его целью и… Стоп! Откуда-то изнутри словно забурлило возмущение: сколько ни убивай, Глашатай снова возродится из-за игровой механики — питомцы всегда возрождаются! Этим багом пользуется Бездна. И она прямо сейчас вмешалась в ход битвы и что-то подкрутила в возможностях Глашатаев, дав им преимущество над моими йожами и Спутниками, а это нечестно! Нет, Висцерион обязан сдохнуть без права на воскрешение! Никаких останков. Никакой возможности возродиться! С этой мыслью я ударил Кулаком Первозданности на дециллион урона. Урод даже удивиться не успел — просто схлопнулся внутрь себя, как проткнутый пузырь. Его огромное тело сжалось в точку и исчезло. Висцерион, Глашатай Бездны, обвиняется в неоднократном нарушении баланса мироздания. Приговор Хаоса : Висцерион, Глашатай Бездны, развоплощен без права на перерождение. Приговор Упорядоченного : Висцерион, Глашатай Бездны, развоплощен без права на перерождение. Приговор исполнен : Скифом, Защитником Вселенского закона равновесия. Э… А что, так можно было? Удивление сменилось диким восторгом. Мгновенное развоплощение Висцериона не осталось незамеченным. Остальные Глашатаи замерли. У этих лишенных эмоций созданий промелькнуло что-то похожее на… страх? Разумеется, я не мог этого увидеть, но Око изначальных показало, как сменили цвет их ауры — от холодной уверенности к пульсирующей растерянности. — Следующий! — рявкнул я, разворачиваясь к Фростнаргулу. — Приговариваешься сдохнуть без права на воскрешение, чертов Снежок! Белый краб был окружен непробиваемым барьером, но Кулак Первозданности плевать хотел на его жалкие попытки защититься. Удар — и ледяной панцирь взорвался миллионом осколков. Сам Фростнаргул просто перестал существовать, оставив только быстро тающий иней. |