Книга Сбор урожая, страница 117 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

У крыльца тем временем ругались.

— Где он? — кричал кто-то. — Я позвал его, и его сразу увели! Он мой человек!

Голос я узнал. Ганс Майне, тот, что на автобазе спрашивал про мою плашку. Рядом с ним стоял парень в желтом женском пуховике — Барре.

— Твой человек должен послужить общему делу, — ответил ему кто-то из сетки. — Турок так решил. Хадиджа, сходи в хозблок, сменишь постового у двери.

— Я не тюремщик, — огрызнулся Барре. — И не палач, я не хочу в этом участвовать.

— Хочешь остаться в списке — иди, — жестко ответили ему.

Барре подчинился. Тот, кого он должен был сменить, вышел ему навстречу от хозблока и сказал в голос:

— Турок велел для начала пальцы. Утром сам придет за остальными. Ты только не трогай его, он и так еле дышит.

Народ почему-то всполошился, похватал оружие.

Из темноты у крыльца поднялся второй постовой и пророкотал:

— Не стрелять!

По глубокому низкому голосу я узнал Донована раньше, чем прочитал плашку.

— Навь, — пояснил он.

Навь действительно брела по пустырю к будке, где я недавно сидел. Я велел ей уходить вдоль забора, и она ушла, волоча ногу. Сам я тоже продолжал брести в облике йети. При дневном свете враги могли бы разглядеть подвох, а так читали плашку и теряли ко мне интерес.

Люди у костра вернулись к работе. Донован обогнул школу, дошел до северного забора и уставился на стаю уэкающей нави в тепловизор. Над ним дважды дрогнул воздух — щит, и под ним второй. Вернувшись к своим, он распорядился:

— Фонарь от забора убрать. Китаец ходит по теням, а тут тени на полдвора.

Фонарь унесли к крыльцу. Донован направился вдоль забора к хозблоку, проверил дверь, сказал что-то Барре, дежурившему у входа, и вернулся к площадке. Никто не курил, освещение уменьшили до минимума, опасаясь Ли Бо. Эти матерые волки, как и я, выжили в мясорубке Жатвы.

Рация на груди сказала:

— Волокуши — к гаражам. «Кулак» — первая, Майне — вторая. Расчет — в середину. Выдвижение по команде, направление — север.

Север — это мы. Высотки. Все-таки они готовили штурм и небезосновательно рассчитывали на победу. Видимо, верили в оружие на треноге и защитные купола. Я выяснил то, за чем пришел, оставалось поделиться информацией с Виктором.

Прежде чем уходить, я еще раз просканировал хозблок «Фазовым взглядом». Там были две сигнатуры: одна у двери, Барре, вторая лежала в дальней комнате у стены и не двигалась. Я бы не задержался на ней, если бы не слышал, как Майне пытался отстоять своего человека и что сказал охранник, сдавая пост Барре. Там лежал помощник Майне. Заложник, которому утром обещали остальные пальцы.

Кема нашел меня у будки через четверть часа, когда я уже отходил к заборам. Я узнал о нем по дыханию и по пару, который шел ниоткуда.

— Трое ходят за мной вдоль гаражей, человек Денис, — сказал он негромко. — Я водил их кругами. Они устали и злы, но не отстают: Центр говорит им, где я.

— Уходим, — сказал я. — Я видел все, что надо, одно только непонятно. — И я рассказал ему про хозблок, где был заперт помощник одного из наших врагов, причем что-то с ним делали против его воли. Готовили из него кадавра? Или что похуже?

Кема недолго помолчал и выдал:

— Трое идут за мной, куда я их веду. Я могу увести их дальше, к стадиону, и, если надо, отвлечь остальных, ввязавшись в бой. Ты в это время заберешь человека из хозблока. Он знает про помощников больше, чем мы увидим отсюда.