Книга Кодекс Охотника # 47, страница 47 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Миша, — сказал я. — Всё хорошо, дружище, спасибо тебе огромное. Но тебе пора сваливать.

— Даже чаем не напоишь? — возмутился Михаэль и заржал.

— В другой раз. — Я кивнул на Книгу, которая лежала на расколотом мраморе. — И у меня к тебе задание. Занесёшь книжку Ассе в Первую Крепость.

— Я что, курьер, что ли? — искренне оскорбился величайший Лекарь Многомерной Вселенной.

— А я волшебное слово знаю, — улыбнулся я. — Пожалуйста!

Михаэль покачал головой и снова заржал.

— Ах ты хитрый жук. Ладно. Будешь должен ещё больше.

— Слышь! — возмутился я. — А давай вообще посчитаем, кто кому должен?

Тут мы заржали оба. Лиза смотрела на нас как на двух дураков, и, в общем, была недалека от истины.

— Если мы начнём считать, кто кому должен, — пояснил ей Михаэль, вытирая глаза, — мы тут год просидим, и то не закончим. У нас всё сложно. А «будешь должен» мы друг другу говорим так, на всякий случай. Вдруг Многомерная ведёт учёт, и нам там какие-нибудь плюсики в карму капают.

Лиза кивнула с таким лицом, с каким кивают, когда понимают, что ничего не поняли, но расспрашивать бесполезно.

Михаэль тем временем уже подошёл к Книге и провёл над ней ладонью. Я знал, что он делает: сканирует, причём на совесть.

— Сейчас она ничем не опасна, — сказал он наконец. — Но под твою ответственность.

— Само собой, — ответил я.

— Кстати, — Михаэль выпрямился, и лицо у него стало подозрительно невинным. — Совсем забыл. Ты же мне теперь должен.

— Ну, допустим, — осторожно согласился я.

— У тебя там сын родился. Имя нужно. Я предложить хотел. Михаэль! Отличное имя.

— Иди в жопу, — буркнул я, но не выдержал и заржал.

— Вообще-то, — аккуратно вставила Лиза, — у Галактионовых все имена на «А».

Я почесал затылок и начал загибать пальцы. Антон, Асса, Александр, Артур, Агата… Выходило, что нормальных имён на «А» осталось как-то подозрительно мало.

— Ну, если нормальных, то Андрей и Алексей, — подсказала Лиза.

— А если ненормальных? — полюбопытствовал я.

— Аполлинарий, — тут же с готовностью предложил Михаэль. — Акакий. Амвросий. Афиноген. Аристарх. Агафангел. Африкан. Автандил…

— Стоп, стоп! — я поднял руки. — Я понял.

Я наморщил лоб и попытался вспомнить, что там было в немногочисленных документах, оставшихся от Галактионовых. Андрей в Роду был, его Канис сейчас у Михи. Про Алексея же я не помнил ничего.

— Слушай, — сказал я Михаэлю. — А на кого он больше похож, на Андрея или на Алексея?

Михаэль посмотрел на меня и начал тихо ржать, а потом всё громче и громче.

— Ты чего? — удивился я.

— Он похож на человека, — выдавил Михаэль, — потенциал которого не смог оценить ни я, ни Первый Охотник. Как ты думаешь, что это значит?

— Хрен его знает, — честно ответил я. — А что это значит?

— Всего лишь то, что у тебя родился ещё один ребёнок с неизвестным потенциалом, — Михаэль развёл руками. — Так что я понятия не имею, на кого он больше похож. И не надо перекладывать на меня ответственность. Михаэль, да, хорошее имя, за него я могу поручиться. А за другие, как ты сам сказал, хрен его знает.

— Ясно, — вздохнул я. — Тогда скажи Кате, что я ей полностью доверяю в выборе имени.

— Вот прям полностью? — подозрительно прищурился Лекарь.

— Да. С одной поправкой. Ребёнка не должны звать Михаэль. — Я немного подумал и добавил: — Или Михаил. Это ясно?