Книга Падшие, страница 84 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— Руки вверх! Назовись!

Дозорный поднял автомат. Стараясь не выдавать свой страх, я подчинилась. Внутренний голос взывал к Обелиску, моля Его о поддержке.

— Младший научный сотрудник центра «Север». Лаборант кафедры общей биологии Тамара Яковлевна Семенова, – отчеканила я, добавив в голос непривычной манерности и чуть растягивая гласные.

— Да ладно… – ухмыльнулся второй сталкер, опустив оружие. – У меня так в школе училку по химии звали. Тамара Яковлевна, вы пошли в науку?

— Молчать! – рявкнул первый, скользнув пальцем к предохранителю. – Прошу прощения, нас не предупреждали о визите.

— Его и не планировалось, – обиженно ответила я. От моей игры зависело выживание. Потому приходилось вопреки всему создавать образ взбалмошной женщины, привычный еретикам. – Мы проводили эксперимент недалеко от Черного леса. В охрану поставили каких-то недорослей. Представьте себе, не смогли выполнить свою задачу. Мне едва удалось пережить нападение!

— Нарвались на «Обелиск»? Сказано же вам, что эта территория в настоящее время не рекомендована к посещению, – вздохнул командир.

— Чего не сделаешь ради науки, – пожала я плечами и скрестила руки на груди, как бы это сделала старушка из воспоминаний солдата. – Пока мы тут с вами ведем дискуссию, отчет простаивает! Это недопустимо!

— Да, кстати… Что с вашим КПК? Я не вижу его в зоне действия.

Вопрос сталкера заставил кожу вновь покрыться мурашками. Чем дольше тянется разговор, тем выше мои шансы быть раскрытой.

— Откуда я знаю? Наверно, повредила, пока спасала собственную жизнь! Я биолог, а не специалист по микроэлектронике! Хотите – вот, сами поглядите! – в моем голосе появились незнакомые визгливые нотки на грани фальцета. Должно быть, химия была не самым любимым предметом у великовозрастного шутника, любезно распахнувшего свое сознание и подпитывающего воспоминания ностальгией по хулиганским юным годам.

— Так можно было заглянуть к «Независимым». Они хоть и козлы, но за гешефт можно…

— Умолкни! – бросил сталкер подчиненному. На жилете дозорного зашипела рация. – Седьмой на связи.

— Что там у вас опять? – недовольно произнес заспанный голос.

— Порядок. Лаборантка с севера. Говорит, что-то пошло не так.

— Как же они меня за… – Обрывок негодования потонул в скрежете помех. – Пропустить и возвращаться к наблюдению.

— Добро пожаловать, – неохотно ответил солдат и потерял ко мне всякий интерес.

Облегченный вздох сорвался с губ, едва я преодолела блокпост и оказалась на узкой тропке, ведущей между ангаров к главной территории.

Не было ни малейшего понятия, как и кого я должна отыскать в этом хаосе. Рука невольно тянулась к винтовке, едва взор ловил очередного неверного. Им же случайные встречные были совершенно безразличны.

Громкий шум музыки из репродуктора, периодически прерывающейся агитационными речами, звон гитарных струн, голоса множества людей… Какофония звуков оглушала и не шла ни в какое сравнение с благоговейной тишиной в коридорах Станции.

Нужный путь подсказало недовольное бурчание желудка. Ориентируясь по деревянным указателям, я спустилась в бар. Запах паленого алкоголя и тяжелый табачный смрад ударили в нос. Но здесь было куда тише, чем наверху.

Скучающий у входа охранник дежурно буркнул напоминание о необходимости поставить оружие на предохранитель. Надеясь, что это правило распространяется абсолютно на всех, я закинула винтовку за спину.