Книга Падшие, страница 56 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— Вот именно. – Нечто облегчающе-холодное прикоснулось к спине. – Все могло бы иначе получиться, если бы с тобой говорил кто-то другой… Эти пассажиры возражений не приемлют. Примерно понимаю, как ты мыслишь. Думаешь, что тебя продали, как какую-то девку, шайке разбойников для их удовольствия? Тот фанатик, может, так и хотел. Он ошибся. Реальность несколько иная…

Кожа понемногу начинала неметь и терять чувствительность. Наемник извлек из запаянной упаковки иглу со стерильной нитью.

— Ты не хочешь повторения, я тоже. В этом ни капли смысла. Согласие под давлением – это не согласие, а лживая покорность или отчаяние. Слушай… Если задуматься, может, мы недалеко друг от друга ушли в мировоззрении?

— Как это?

Этот еретик начинал нравиться. Без лишних усилий понятно, что он из тех, кто, как и я, не поддерживает бессмысленное кровопролитие. Ладонь, зашивающая рану, подрагивала от кипящего внутри гнева на соратников по клану.

— Очень просто. Тот человек немного рассказал о тебе. Мы же должны знать, с чем столкнемся.

— Урою гада… – сквозь зубы процедила я.

— Обязательно. Так вот… Думаешь, мы обычные бандиты, вырезающие под корень все живое? Как ты далека от истины! Мы выполняем заказы. Если кто-то обращается к нам, значит, цель совершила некий неблаговидный поступок. За которым обязано последовать наказание. Основания должны быть максимально серьезные. Парни даже не почешутся, если гипотетический Вася условному Пете сто рублей задолжал. Слишком мелко… Но если тот же Вася бросил Петю подыхать в аномалии, а последний случайно выжил, то, дабы сэкономить свое время и самому не носиться по всей Зоне, он обращается к нам. За это, кстати, «Возмездие» нас и не любит. Считают, что только они вправе решать, кто виноват, кто прав. У нас нет друзей, как и врагов. Только заказчики и цели. А они меняются быстрее, чем ты себе представляешь.

— Хочешь сказать, что каждый, кто становится вашим противником, в чем-то да виновен? – Откровения еретика вызвали желание наладить контакт хотя бы с ним. Пусть он слаб и не способен защитить, но и не намерен причинять вреда.

— Так точно. Убийство ради убийства – это бессмысленно потраченные время и ресурсы. Разве что можно обосновать только самозащитой, где либо ты, либо тебя. Кстати, если бы вы не кидались на любого пришлого, то множество недругов «Обелиска» тоже могло бы исчезнуть без лишних телодвижений. Не хочешь заказать того говнюка? Своим задаром.

Быть может, медик еретиков и был ровно таким же, как остальные, но определенно вызывал симпатию и желание держаться к нему поближе в этом гадюшнике.

— И чем это я заслужила такую щедрость?

— Пока не заслужила, но есть все шансы многого добиться, – скрипнула дверь. Третий участник разговора прошел в комнату и уселся на стул напротив нас. – Что ж, Норна, будем знакомы. Меня звать Темный, я тут над этим цирком начальствую. Штопает тебя Док. У нас все по-простому.

Я приподняла голову. Лидером наемников оказался вовсе не старик, а крупный рослый мужчина лет тридцати – тридцати пяти. Видимо, внутриклановое прозвище прилипло к нему откуда-то из армейского жаргона. По данным разведки «Обелиска», среди наемников не было каких-то определенных людей. Сюда стекались бывшие сталкеры и военные, искатели легкой наживы и профессиональные киллеры, умудренные боевым опытом солдаты и юнцы, решившие почувствовать себя эдакими коммандос.