Книга Падшие, страница 15 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

Обелиск милостивый! Сама того не желая, я видела то, что когда-то давно пережил он сам, а теперь хранил в себе эту тайну, зарыв поглубже от всех любопытных глаз.

— Настоятель! – прорычал Деймон, с трудом поднявшись на ноги. – Кровь пролита! Сестра Норна сражалась нечестиво!

— Да, я почувствовал изменение пси-фона. – В голосе Настоятеля звенела сталь. Он с сопровождающими спустился на арену. К моему стыду, я не могла не только сказать ни слова в свою защиту, но даже подняться на колени. Нарастающая боль, казалось бы, пустякового ранения буквально обездвижила, не позволяя пошевелиться.

— Протестую! – Гарм поднырнул под ограждение и рухнул на песок, пытаясь заставить меня убрать руку от сочащегося кровью повреждения. – Не тебе говорить о чести, клятвопреступник! Брат Гаал, прошу осмотреть сестру.

Медик спустился на песок и отвел мою ладонь от раны, в тот же миг взорвавшейся новой вспышкой боли. Я застонала, скрипя зубами. Плевать на образ воинственной дочери Зоны, которой любые травмы нипочем! Это было не сравнить ни с чем. Даже довольно крепкому Гарму едва удавалось подавить все попытки сопротивления в ответ на любое движение рядом с ранением.

— Колотое… три угла. Соответствует форме ножа… Края и мягкие ткани в глубине… обожжены? – Гаалу пришлось повысить голос. Не сдержавшись, я закричала, едва затянутая в перчатку рука коснулась живота.

— Брат Деймон, покажи свой клинок, – жестко приказал Настоятель и аккуратно изъял оружие, не касаясь лезвия.

— Погасите свет! – догадался Гарм, бросив взгляд на внешне самое обычное карбоновое покрытие странного ножа.

— Делай, как он сказал, – обратился Настоятель к Аресу.

На секунду перед глазами наступила темнота. Я слышала лишь шумное дыхание брата надо мной. Когда зрение наконец вернулось, я, как и все присутствующие, увидела, как на темном лезвии, вступая в реакцию с кровью, проявляются фосфоресцирующие бирюзово-синие пятна. Снова вспыхнул свет. Белый взор Настоятеля сверкнул жестокой яростью беспощадной пурги.

— Кинжал… закаленный в аномалии. Какая старая история… Ты решил применить мое искусство… Так?! – Возможно, впервые все слышали, как Настоятель не только повышает голос, но и проявляет широкий диапазон эмоций. Горечь, злость, разочарование и скорбь одновременно замерли на лице командира, разрезая ухоженную кожу рваными чертами морщин.

— Настоятель… я… – Жестокий дознаватель впервые дрожал телом и голосом, словно нашкодивший неофит.

— Молчи, выродок! – рявкнул Настоятель. Хлесткий удар широкой ладони, облаченной в усиленную перчатку, заставил Деймона отшатнуться. – Терпение ордена не безгранично. Его – на гауптвахту, сестру – в лазарет. Немедленно. После – обоих ждет трибунал.

— Настоятель… сестра… невиновна, – запинаясь, боязливо проговорил Гарм.

— Я сказал! – прорычал Настоятель, затем развернулся и решительно направился в коридор Станции.

Звонко щелкнули наручники на запястьях ошарашенного дуэлянта. Дознаватель никак не мог прийти в себя от скорости непредвиденных событий. Пси-удар, а затем оплеуха от командира рассеяли безмерную самоуверенность брата. Привыкнув чувствовать себя победителем, а теперь еще и попытавшись примерить роль безвинной жертвы, Деймон и подумать не мог, что ситуация обернется не в его пользу.