Книга Падшие, страница 107 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— По твоей? – Я уже начала думать, что действительно наблюдаю последнюю предсмертную галлюцинацию, хотя и не находилось объективных причин отойти на тот свет.

— Конечно. Ты думаешь, я бы в самом деле оставила твой дар без присмотра? – Видение прекратило глумиться и приобрело привычный облик – меня самой. Все такой же. Те же шрамы, бледность. Разве что волосы на затылке обгорели и теперь торчали неровным ежиком. – И я довольна. Я отпущу вас, ты вновь дашь мне отдых. Но у тебя новое задание.

— Исполню все, что Ты скажешь.

— Будь осторожна со словами, девочка. На этот раз все же прощу твое безрассудство. В конце концов, ты пыталась не потеряться в пути… Новая душа взывает к Обелиску. Проводи ее. Вам пора в свой мир. Я буду присматривать…

Видение растворилось во мраке. Перед глазами замерцали пестрые искры. Сквозь приглушенный писк монитора послышались голоса.

— Держись, дочка… Я о вас позабочусь.

— Он стабилен. Да ну на хрен! Глазам своим не верю!

— Это Зона, – донесся до слуха спокойный голос Хирурга. – Много ее загадок еще только предстоит раскрыть.

Наконец глаза открылись, и я смогла взглянуть на мир. Возле меня суетился Шух, фиксируя показатели давления. В комнате разлился резкий запах нашатыря. Совсем рядом пищала аппаратура. Ровно и размеренно, словно и не случилось нам столкнуться с неизбежным. Холодная ладонь коснулась моей щеки. Сталкер облегченно выдохнул, хотя его зрачки выглядели чрезмерно расширенными. Похоже, для непривычного к чудесам Зоны парня увиденное оказалось тем, что сложно уложить в сознании, объяснить логически или обосновать известными законами физики.

Я повернула голову к Деймону. Артефакта рядом с ним не было, все тело покрывала мелкая сине-бирюзовая пыль, едва заметно светящаяся под бликом ламп. Пришел черед и мне удивиться. Из-под сбившейся повязки на руке показалась совершенно здоровая, с легкой розовизной, кожа. Я готова была поклясться чем угодно, что запомнила ее желтовато-черной и обугленной!

От столика в другом углу потянуло еще одним крайне неприятным ароматом. Я поежилась, вспоминая паршивый вкус «лекарства».

— Доктор, помилосердствуйте! Вот только «кальция» ему сейчас не хватало.

— А ребра, значит, сами срастутся? Возможно, но это займет больше времени. Хотя… Перелом ребер – показатель отчасти правильной реанимации.

Знакомые скрипучие, с хитринкой, интонации подарили надежду. Кризис миновал, Мама-Зона действительно исполнила свое обещание. Пришло время и мне выполнять свое.

Я посмотрела на Шуха так, как когда-то оценил мой потенциал Настоятель. Действительно, вот она – мятущаяся заблудшая душа, разочарованная во всем, что окружает. Обелиск способен дать ему умиротворение.

— А что с ним не так? Ну-ка? Я в армии и не такое жрал! – Шух поднялся и сунул свой любопытный нос прямо в пробирку с растворенным в ней заживляющим артефактом. Миг осознания прошел быстро. Парень позеленел лицом и, кратко извинившись, со всех ног припустил на улицу. Хирург проводил его осуждающим взглядом.

— Зона приняла покаяние. Вам удалось невероятное, – голос лекаря успокаивал бешеный хаос чувств, овладевший мной.

— «Вам»?

— Мне известно, кто твой союзник. Она и направила руку. Честно признаться, я бы и не подумал, что все настолько просто. Мне… кхм… подсказали, как работает этот артефакт. Но я бы не смог. Все-таки я не служу Обелиску. Этот осколок послушается лишь вас. Он может дать второй шанс тому, кто находится на грани. Должно быть, пришлось совершить великое деяние, чтобы заполучить такую силу?