Книга Пароль: «Индиго», страница 85 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— Да, припоминаю, – улыбнулся я. – Интересно посмотреть на рожу кого-нибудь из «Возмездия», если он узнает, что вы ему кровь «независимого» зарядили.

— Не узнает. Я о медицинской тайне тоже забочусь. Не хватало мне, чтобы еще они тут драку начали…

— И что, вся Зона полна альтруистов? – Я задумался. Уж слишком сильны противоречия кланов, чтобы вдруг внезапно их отринуть.

— Нет, – спокойно ответил Хирург. – Я бы даже сказал, что они в меньшинстве. Но беспокойство исключительно за собственную шкуру тоже делает человека способным волей-неволей позаботиться и о будущем других. Все наши деяния взаимосвязаны, вопреки тому, что может казаться, будто ты живешь лишь для себя. Одиночка что здесь, что на Большой земле скорее всего обречен.

Я предпочел перевести тему разговора на устройство автоклава короткого цикла. Хирург нырнул мне в душу, словно кукловод в голову. И нашел то самое чувство, что незримо подпитывало внутреннюю тревогу.

Своими руками и мальчишеской гордыней я отталкивал от себя тех, кто, возможно, искренне был заинтересован в успехе моей персональной миссии. И даже не задумывался о том, что можно и в таком контексте сохранить полезные связи.

Ага… Сам всех спасу, сам выберусь, и никто мне не нужен? Конечно, спасусь… В ближайшей аномалии. Обвиняя всех вокруг в обмане, я и не подумал, что являюсь самым большим вралем в этом захолустье. Что бы я смог сделать без Вовки, Кати… В конце концов и Анатолий руку протянул… Ну и сидел бы я до сих пор на диване в ожидании чуда или волшебного пенделя, выискивая отмазки и оправдания.

Нет, я не беспомощен. Может, и самостоятельно, набив шишки, все-таки однажды дошел бы до цели… Да чтоб меня! Если бы у бабушки были тестикулы… История не знает сослагательного наклонения. Она движется вперед, оставляя лишь передышку для анализа недавно произошедших событий. Но вспять ее не повернуть даже всеми аномальными силами Зоны.

На стол рухнула стопка тяжеленных пыльных книг. Мы вернулись в гостиную. Хирург заварил мне какао и решил вплотную заняться образованием.

— А ты как хотел? – спросил старик, глядя на мое недовольное лицо. – Даже чтобы использовать артефакты, необходимо знать хотя бы базу.

— В отношении мутантов придется и основы ветеринарного дела зубрить? – Я потянулся к вазочке с конфетами на столе.

— Поверхностно. Ветеринария позаимствовала многое из человеческой медицины. Местами вообще ничем не отличается на практике. Тонкости различий тебе вряд ли здесь пригодятся. – Хирург тяжело опустился на стул, звякнув ложкой в чашке с травяным чаем. – Когда люди одомашнили живность, они невольно привили ей те привычки и особенности, которыми обладают сами.

— А тут – еще и извратили в рамках вседозволенности? – Я невольно вспомнил разговор с кукловодом.

— Можно и так сказать, мой юный друг. – Пискнул КПК Хирурга. Медик бегло пролистал сообщение и тихонько выругался. – Хотел бы я подольше пообщаться, но работа не ждет.

— Я могу чем-то помочь? – Не хотелось надолго оставаться одному посреди болот, имея за спиной пачку неприятелей. Похоже, внешние обстоятельства что-то изменили в моем сознании. Теперь я не стеснялся признаться самому себе и в трусости, и в неумении в совершенстве справляться с экстремальными обстоятельствами.