Книга Это твоя ошибка, дамочка-Бог, страница 91 – Максим Бугаёв

Для меня час ночи — это время, когда нормальные люди уже давно должны спать, а улицы пустые. Здесь же всё было с точностью до наоборот. Ночь являлась не временем сна и отдыха, а просто другой часовой зоной для комфортной работы.

Народу на улицах полно, людей в магазинах море, все рестораны, закусочные, харчевни и прочие заведения сферы обслуживания открыты. Светло как днём, а летняя прохлада и отсутствие палящего солнца, наоборот, делали ночное время чуть ли не самым комфортным для работы и прогулок.

Получалось, для дворинов ночь была не больше чем второй половиной суток. Скорее всего, в этих районах кто-то только возвращался с работы, кто-то отправлялся за покупками, где-то грузили товар, а где-то просто сидели компаниями и бухали. И, судя по всему, именно вот такое отношение к жизни тут было принято и считалось нормой.

Потом Гелин со своими дружками начал меня кошмарить экскурсией по своему магазину, периодически порываясь отправиться ещё и в другие три. Еле удалось отговорить его этого не делать. Потому что только по одному этому магазину быстро пробежаться займёт не меньше двадцати минут. Это если не останавливаться и не присматриваться к выставленному товару.

Короче, я понял, что поспать сегодня у меня уже не получится. Хотя стоп. Чего это я? Сегодня только началось. На часах на стене половина третьего. Так что в запасе для сна ещё двадцать с половиной часов.

Гелин же тем временем, похоже, зашёл в самый дорогой отдел и начал хвастаться своими «любимчиками». Это я сейчас о шкафах, кроватях, комодах и прочих деревянных монстрах, которые точно в мою убогую квартиру не влезут.

В какой-то момент мне это всё надоело, и я ему честно признался, что у меня не слишком много квадратных метров жилплощади, чтобы смотреть на эти шикарные выставочные экспонаты.

На что Гелин с простодушием, присущим этой расе, ответил, что не беда. Он просто отправит ко мне домой замерщика, который снимет размеры, и нужная мебель будет у меня через час…

Я не думал, что стоит воспринимать его слова буквально. А зря.

Он подозвал продавца в магазине, написал тому что-то на бумажке и вернулся ко мне, сказав, что нам стоит пойти в кабинет. Пока мы «посидим», замерщик сгоняет ко мне и выполнит свою работу.

У меня чуть челюсть не отпала. На все мои возражения и прочие попытки отказаться уже попросту никто не обращал внимания. Гелин только смеялся надо мной, воспринимая мой отказ как шутку.

И когда мы вошли к нему в кабинет, там-то я и понял, насколько мастерски на меня была подготовлена засада. Гелин, сучий потрох, обвёл меня вокруг пальца.

За огромным столом в его кабинете сидели Салин, Сворф и какой-то длинноухий блондин. А в центральной части стены, в золотой рамке под стеклом, красовался мой чертёж Мегатронина. Причём расположен он был так, что при входе в этот шикарный кабинет его было невозможно не заметить.

— Ля, какие крысы, — на своём родном произнёс я, недовольно ухмыльнувшись и обводя взглядом присутствующих.

Выбрав взглядом шикарное кресло посередине кабинета, я уже понял, что предназначалось оно для меня. Походу, у моих партнёров возникли ко мне вопросы, на которые мне предстоит ответить.

Не могу их за это винить. Прекрасно понимаю. Всё равно рано или поздно этот разговор должен был состояться. Единственное, что мне пока было непонятно, — к чему здесь вот этот длинноухий парень. Но, не сомневаюсь, скоро ответ получу.