Книга Это твоя ошибка, дамочка-Бог, страница 24 – Максим Бугаёв

Да, на этом стоило бы остановиться и попытаться более подробно разобраться, но, к сожалению, я узнал лишь крохи. Со мной особо вообще никто не хотел общаться, а на все мои вопросы отвечали с большой неохотой. Так что, можно сказать, основным моим источником знаний об этом мире стал мой двойник. Точнее, «оригинал». Всё время забываю его так называть.

Оказывается, моя роль сводилась к тому, что в случае необходимости я должен стать сосудом для вот этого господина хорошего. Простыми словами, в этом мире считалось нормальной практикой призывать двойников из параллельных миров, чтобы, если тело оригинала будет убито, утоплено, умрёт от хвори или ещё чего-нибудь, его душа просто переместилась в запасной вариант.

Как вам идея? Ага, вот и я аху*л, когда узнал. Про такую мелочь, как то, что будет с душой «запасного сосуда» после переноса, никто вообще не парился. Думаю, они и сами не знали ответа на этот вопрос. Да и, если честно, не особо им интересовались.

Ах да, и вот ещё что: я уже третий сосуд у вот этого Мих Аила. Причём «бракованный», как он выразился. Дело в том, что мои шрамы на лице невозможно исцелить, так как я попал в этот мир уже с ними. Или не то что невозможно, а слишком дорого и хлопотно. Скорее всего, именно по этой причине меня никто и не собирался отпускать. Ведь иметь в запасе кожаный костюмчик, пусть и поношенный, с изъянами, лучше, чем не иметь вообще никакого.

Но на рунический контракт глава этой преступной организации пока что раскошеливаться не собирался, чтобы связать меня с собой. Подозреваю, что всё работает не совсем так, как ему хотелось бы: в случае смерти он не может выбирать, в какое тело перенесётся его душа. Поэтому пока что на меня смотрели пренебрежительно.

Но из всего этого словесного потока, который он обрушивал в виде ругани и упрёков на своих подчинённых, я понял, что на меня уже повесили долг с процентами. Как в лучших традициях банков и прочих финансовых учреждений. К тому же содержать меня за свой счёт никто не собирался. Но и отпускать — тоже.

Попадалово, да и только.

Вышел я на улицу подышать воздухом уже ближе к вечеру.

Попросив сигаретку у одного из моих «коллег», имени которого я не знал, я получил отказ и что-то вдогонку типа: «Пшёл нахер, безродный бло». Иными словами, радушие и приветливость с самого рождения теплились в сердцах людей, которые меня окружали. Принимая правила игры, я решил не нарываться на неприятности и после трёх ударов в нос отобрал у этого козла сигареты сам. Причём всю пачку. Был соблазн ещё и кошелёк подрезать у этого урода, но крысятничество — не про мою честь.

Ну а что, в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

В общем, прикурив сигаретку, я выпустил дым в голубое небо. Внутренний дворик перед главным входом был небольшой. Метров шесть в длину и пять в ширину. Иными словами, разгуляться негде. В придачу ещё и место занимало небольшое апельсиновое дерево, вокруг которого валялись редкие окурки.

Дверь за спиной хлопнула, и краем глаза я заметил свою новую напарницу, или коллегу. Нет, всё же честнее будет признаться себе, если буду называть вещи своими именами. Мою новую надзирательницу.

Я прекрасно слышал, как этот Мих Аил крикнул ей на прощание, когда нас чуть ли не пинками вытолкнул из своего кабинета: “Присматривай за ним, Ульма! Ты теперь головой отвечаешь за него, курица общипанная”.