Книга Чужое Дело. Пролог, страница 99 – Максим Бугаёв

Моя улыбка скрывала внутренний хаос. Эти слова были скорее попыткой привести в порядок бурю мыслей, чем логическим объяснением. Я выдал набор букв, стараясь хоть как-то выразить весь бедлам, который творился у меня в голове.

— Гера, ситуация следующая, — сказал я, переведя взгляд на старика, сидящего в углу. Он выглядел абсолютно подавленным, прижавшись к стене рядом с полицейскими выкормышами. Хотя я говорил с ИИ, мои слова предназначались и для этого доктора, ведь его дальнейшая судьба целиком зависела от меня.

— Не питаю иллюзий, что ты поймёшь, о чём я, но всё же попытаюсь, — добавил я, обращаясь к Гере. — Весь фокус в психологии людей. Они сами строят вокруг себя ограничения: догмы, правила, удобные рамки для своего разума, чтобы создать иллюзию порядка в хаосе.

Я сделал короткую паузу, чтобы подчеркнуть следующее:

— Вот на этом я и сыграл, — продолжил я. — На простой, но до ужаса понятной им логике. Я просто наложил свои слова на их ноты, и получилась песня.

Я сделал паузу, словно давая время всем в комнате осмыслить сказанное, хотя знал, что Гера всё равно попытается разобрать мои слова по миллиметру.

— Если следовать холодной логике, они должны были убрать меня сразу, как только я вышел на улицу. Это было бы правильно. Но я сыграл на их страхе. На их порядках. На их “понятиях”. И эта игра внесла суматоху в их восприятие.

Я усмехнулся, почувствовав лёгкое удовлетворение от своей импровизации.

— Мои слова для них оказались логичнее, чем сами действия. Но не потому, что я сказал что-то особенное. Нет. Они услышали меня через призму своих правил, своих убеждений. И в этом вся суть. Понимаешь?

Гера, управляя дроном, начал кружить вокруг меня, словно пытаясь визуально обработать мои слова и встроить их в свои алгоритмы анализа человеческого поведения. Но, судя по плавным, почти неуверенным движениям, мои объяснения явно не укладывались в его логическую модель.

После нескольких секунд напряжённого молчания дрон остановился прямо передо мной, а андроид 3С3000 замер, будто выжидая. Наконец, Гера подал голос — металлический, но с едва уловимой ноткой недоверия, словно он протоколировал каждое моё слово, всё ещё сомневаясь в их истинности:

— * Я всё равно не понимаю. Почему они вообще должны выполнять твои требования? Это не приносит им выгоды. По всем расчётам, их оптимальное действие — ликвидировать тебя. Это устранило бы угрозу и восстановило их "репутацию".

Андроид 3С3000 шагнул вперёд, его глаза-сенсоры вспыхнули едва заметным голубоватым светом.

— * Ты говоришь о страхе и “понятиях”, но их действия не соответствуют базовым инстинктам выживания. Твои угрозы не способны компенсировать их потери. Уничтожение тебя было бы более логичным выбором, если оценивать ситуацию объективно.

Дрон АА-15, который до этого парил неподвижно, слегка накренился и добавил:

— * Логика подсказывает, что вероятность сотрудничества бандитов с тобой составляет не более 7%. Что именно заставляет тебя утверждать, что они предпочтут помочь тебе вместо того, чтобы устранить угрозу?

Гера замолчал, и оба его тела синхронно сосредоточились на мне, словно требуя ответа. Ему был неясен мой замысел, и, судя по тону, он считал моё поведение рискованным и нерациональным. Я видел, как его алгоритмы продолжают просчитывать варианты, пытаясь найти обоснование моим действиям, но вместо этого сталкиваются с новой серией противоречий.