Книга Алекс Туча, страница 78 – Максим Бугаёв

Он понимал, что таких ловушек впереди может быть множество. Просто жертвовать скелетами ради продвижения казалось весьма глупой затеей, но в тот же момент, Туча знал, что уже достаточно близко от конечной точки маршрута. Теперь возник вполне резонный вопрос, что делать дальше: остановится на ночлег, или продолжить идти, принося в жертву костяных попутчиков.

Словно в подтверждение его более доминирующей мысли, подала знать о себе Мирада,

— «Мой лорд, ваши тени могут и дальше нам своими жертвами проложить безопасный путь. Мы вошли в защищённую зону башни Отчаянья. Нечто подобного впереди будет достаточно много», — без тени сомнения в голосе ментально проговорила костограй.

Алекс глубоко вздохнул и повернулся к Фирсу, ловя взгляд пустых глазниц своего безмолвного тактика.

— Продолжаем, — сказал он, не скрывая усталости в голосе. — Возьми пятерых и проверьте путь. Остальным держаться позади.

Фирс коротко кивнул и сделал знак ближайшим скелетам. Группа осторожно двинулась вперёд, проверяя каждый участок дороги. Алекс молча наблюдал за ними.

— «Каждая их жертва приближает нас к цели. Ваше решение верно, мой лорд», — вновь раздался ментальный голос Мирады, которая оказалась достаточно жестокой к своим костяным соратникам. Но в тот же момент, мракоход ощущал, как ей не терпится попасть в саму башню.

— Надеюсь, ты права, — пробормотал Алекс, глядя на башню, которая казалась ещё дальше, несмотря на их усилия.

По окончанию своих слов парень услышал, как механические шестерни механизма пришли в движение и две плиты стали опускаться в исходное положение. Похоже, что ловушка не была рассчитана на одноразовое срабатывание и автоматически приходила к новой готовности.

“Весёлые тут парни были” — отметил для себя Туча, понимая, что уровень развития Светичей был весьма на высоком уровне.

Догадка коснулась его сознания, и он быстро вернулся к ловушке, чтобы проверить одну очень важную деталь. Выломав из куста не толстый прут, он быстро зачистил его от листьев и сунул прямиком в зубчатую рейку механизма червячной передачи. Его интересовала смазка.

Пока он водил прутом вдоль механизмов, его внимание привлекла необычная консистенция вещества. Оно всё ещё сохраняло свою вязкость, но заметно потемнело, а от его запаха несло едва уловимым, но знакомым кислым оттенком. Это не был тот свежий, жирный блеск, который можно было бы ожидать от новой смазки. Он чувствовал, что прошло время. Относительно много времени.

Задумавшись, парень отметил. Смазка всё ещё держала свои основные свойства, но явно не в идеальном состоянии. С таким эффектом она могла бы оставаться в рабочем состоянии ещё пару десятков лет, прежде чем полностью распасться. Если принять во внимание все возможные условия — отсутствие должного ухода, изменения температуры, влияние времени — люди, которые оставили это, исчезли примерно двадцать-тридцать лет назад. Не больше.

Он осторожно вытащил прут из рейки и, задумчиво повертев его в руках, оценил оставшиеся следы смазки. Время и пройденные поколения сгладили многие детали, но ему было достаточно — всё становилось на свои места. Кто-то, возможно, уже через несколько десятков лет начинал воспринимать эти механизмы как забытые артефакты. И это была ещё одна улика. Улика, что оставалась не только в физическом состоянии вещей, но и в ощущении, что этот мир, возможно, пережил нечто существенное, разрушающее.