Книга Алекс Туча, страница 72 – Максим Бугаёв

— Пчельник — это пчеловод, пасечник? — попытался уточнить Алекс, слегка нахмурившись.

— "Мой лорд, пчельник — от слова 'пчела'. Моя основная работа заключалась в сборе мёда из борти. Я ухаживала за дикими ульями, собирала воск и защищала пчелиные семьи от хищников. Наивная, глупая, беззаботная жизнь..." — в её ментальном голосе мелькнула тень радости и счастья, словно воспоминания о прошлом подарили ей краткий миг покоя.

— И что же привлекло к тебе внимание вашего этого Влеслава? — Алекс прищурился, его любопытство заискрилось, словно он почувствовал, что за этим кроется что-то важное.

— "Я умела руководить пчёлами, мой лорд. Подменяя их понятие сообщения с королевой улья. Они подчинялись мне так же, как сейчас подчиняется призванная вами небольшая армия теней. Именно это привлекло ко мне взор великого Влеслава".

Мирада на мгновение замолчала, будто размышляя, стоит ли продолжать. Затем, слегка понизив тон, она добавила:

— "Для меня было честью, что великий обратил на меня свой взор. Влеслав был нашей надеждой, которая уберегала нас от постоянных набегов древлян".

— Пчельник, значит, — пробормотал Туча, пытаясь уложить в голове услышанное. В нём закипала смесь восхищения и холодного анализа. — Получается, он в тебе разглядел лидерские навыки. Или, скорее... способность к контролю и подчинению.

— "Не только это, мой лорд", — загадочно произнесла Мирада. — "Влеслав видел в моём даре нечто большее, чем просто умение управлять. Для него я стала инструментом для великих целей. Он понимал, что сила не в том, чтобы подчинять, а в том, чтобы направлять хаос. Пчёлы были моими первыми учениками, а сейчас — тени".

Алекс на мгновение задержал взгляд на её неподвижном силуэте.

— Значит, теперь это твой новый рой? — с усмешкой заметил он, обводя собравшихся вокруг них скелетов.

Мирада не ответила, но лёгкая нота гордости отразилась в её присутствии.

Алекс откусил новый кусок вяленого мяса, не чувствуя его вкуса во рту. Откровения Мирады поглотили его, не оставляя маневров для других мыслей и чувств.

— Подожди, ну тогда, если копнуть глубже, получается в тебе жил дар древлян? Ты же как друид подчиняла и управляла живыми созданиями этого мира.

И вот тут Алекс, понял, что ненароком попал в самое больное место костограя.

— “Вы правы, мой лорд. Моя кровь на половину была смешанна с древлянами. Моё рождение стало последствием надругательства над моей матерью одного из древлян в результате набега”.

Алекс невольно замер. Слова Мирады звучали хмуро и сурово в тишине, обнажив историю, о которой он не подозревал. Парень осторожно отложил мясо в сторону и внимательно посмотрел на костограя, понимая, что реальность всегда такая, как она есть.

— Значит, ты наполовину... — начал он, но не закончил, чувствуя, что его слова могут быть лишними в этом разговоре.

— "Да, мой лорд," — Мирада как будто выдохнула эти слова, её голос стал тихим, едва слышным, как шёпот ветра. — "Моё рождение хоть и принял мой народ, но согласно нашим законам, меня отметили печатью весов. Никто не давал мне забыть, чья кровь текла в моих венах. Но таких как я было немало. Отношение к нам не было плохим или предвзятым. Мы были просто... другими".

В её голосе было сочетание горечи и глубокого осознания своей судьбы. Это была боль, которую она носила внутри, чувствуя, что не принадлежит ни одному из миров, что её окружали. Она всегда оставалась где-то между ними — одновременно чужая и своя.