Книга Две консервы не желают нормально сдохнуть, страница 103 – Максим Бугаёв

— Щаз-з-з… размечталась! — фыркнула Роза. — Завтра Бочка садится ко мне в машину, а к тебе идет мой брат. Поняла?

Лидия резко поднялась из-за стола, чтобы что-то возразить, и даже ткнула указательным пальцем в сторону Розы, но в этот момент гироскоп Скворцовой окончательно дал сбой. Если бы я не успел её перехватить, она рухнула бы прямо плашмя на стол.

Стало окончательно ясно: кто-то сегодня познакомился с алкоголем впервые, и это знакомство начисто отняло у неё ноги. Подхватив блондинку на руки, я с нескрываемым осуждением глянул на братца с сестрой:

— Отнесу её в номер, она уже никакая. Добились своего?

— Бочка! — недовольно замахала рукой Роза. — Ты ведь её не на свой кожаный ствол нанизывать пошёл?!

— Будь спокойна: я за сегодня натрахался так, что мне уже с головой хватит.

— Правильно! — пьяно кивнула русоволосая. — Я всё равно намного лучше её!

— Да пошла ты бегать!.. — пробормотала расположившаяся у меня на руках Скворцова, умудрившись свесить голову вниз и выкинуть руку вперед со скрученной дулей в сторону Розы.

Несколько минут — и я занёс блондинку в её номер. Больше всего возился, когда искал ключ в её карманах. Не так уж это просто: держать на руках этот кисель-размазню, придерживая её ногой, чтобы не свалилась, пока свободной рукой пытаешься быстро прошвырнуться по карманам.

Но, слава богу, всё получилось.

Уложив эту горе-пьяницу на кровать, я снял ботинки, а затем и носки с отрубившейся Скворцовой. И тут же возникла дилемма: как поступить дальше? По-хорошему её бы сейчас стоило раздеть и запихнуть в душ — помоется под живительной водицей и заодно протрезвеет хоть немного.

К тому же надо было что-то делать с её вещами, оставлять всё как есть было нельзя. Грязный, пропахший потом комбинезон необходимо было постирать как минимум. На первом этаже этого заведения как раз есть прачечная и глажка, сам видел. Но как всё это сделать? В том плане, что… Как утром на это отреагирует сама Скворцова?

В общем — плевать. Если не дура, всё поймёт. А если дура — тут уж извините. Я взрослый человек и прекрасно понимаю, что стыд и срам — это одно, а необходимость — совершенно другое. Вот бы ещё Чёрт помог, цены бы ему не было! Но нет. Этот дроид просто развалился на полу, как огромный котяра, мирно попискивая и моргая сенсорами.

Вот уж воистину: инициатива имеет инициатора. Всегда, везде и без исключений. В итоге вместо того, чтобы нормально поужинать, забить на всех и уйти к себе спать — а там пусть сами как хотят, так и разгребают, — я решил проявить заботу. И, естественно, тут же пожалел о содеянном.

Снять с неё комбинезон оказалась той ещё головоломкой: пьяная Скворцова мало того что периодически начала брыкаться, отмахиваясь от меня руками и что-то недовольно бубнить себе под нос, так ещё три она чуть не заехала мне пяткой по челюсти. В общем с руганью и чьей-то матерью я кое-как справился.

Нижнее бельё я, понятное дело, трогать не собирался. Границу между помощью и похабщиной вижу отчётливо. И вот тут-то, взглянув ниже живота, я понял, что есть ещё одна проблема, про которую вслух обычно не говорят.

— Ёперные кошки-матрёшки… — тихо выругался я, прикрыв глаза рукой и мысленно упрекая себя всеми известными словами.

У девочки начались «эти дни». А в сочетании с хмельным сном и отсутствием гигиенических средств ситуация стремительно превращалась в катастрофу местного масштаба. Ну вот какого черта я вообще сюда полез?! Лежала бы себе в комбинезоне и лежала!