Книга В тени гегемона, страница 4 – Ольга Валль

Адъютанты понизили голос и продолжили обсуждение почти шепотом. Фредерик уловил обрывки разговора о том, что в семнадцатый флот сослали всех неугодных генштабу офицеров и первым в этом списке был командующий Тэр.

— А Фредерика Тэра за что? Он спас флот у планеты Рудрам, выиграл битву у Веги…

— А ты слышал, как он дважды пошел поперек командования?

— Я не слышал.

— Вот поэтому его и сослали сюда. Расстрелять героя войны нельзя. А отправить героически убиться можно.

— Мерзота какая…

— Зато не скучно.

Кто-то тихо засмеялся. Дальше адъютанты начали вспоминать последнюю войну между войсками короля из дома Делайсис и герцогом из дома Дэров, но слушать это Фредерик уже не хотел. Все, что говорили адьютанты, было правдой: во время боев он придумывал сам диспозиции — и это позволяло ему выигрывать сражения. Каждый раз от расстрела его спасали победы, но генеральный штаб строптивого офицера не прощал — и к концу войны в каюте Тэра накопилось несколько наградных листов и примерно столько же взысканий. Ирония была в том, что именно за способность действовать не по бумажке, его и отправили сюда.

— Шикарная картинка! — однажды сказал ему Эллим. — На каждую твою медальку у тебя по одному выговору. За битву у Веги у тебя Крест героя и разжалование. За битву у Рудрама у тебя медаль за отвагу и разжалование. За битву в туманностях Ориона у тебя орден мужества, личная благодарность короля и…

— Разжалование, — захохотал Фред.

Они тогда отмечали в кабаке около какого-то космопорта окончание очередного сражения и здорово напились. Фредерик командовал соединением из пятнадцати кораблей, единственный из всех офицеров смог выполнить боевую задачу без потерь техники и личного состава. Но снова сделал все по-своему, и информацию о награде получил одновременно с понижением в должности до звания капитана корабля.

— Вот как это у нас на флоте получается?! — стучал кулаком по столу уже набравшийся Волаз. — В одном письме! И ладно бы кому! Но тебе! Ты же нас всех спас!

— Да нормально! — орал ему в ухо такой же нетрезвый Фред. — Отличился — получи медальку, накосячил — получи выговор!

— Ты так доиграешься когда-нибудь до рядового, и тебе будет хрен, а не диспозиция! Вот ты мне говоришь, что хочешь спасти людей, а начальство у нас идиоты, ну так становись сам начальником. Рядовым ты никого не спасешь!

Потом в кабак ввалились не менее нетрезвые солдаты, увидели командира, начали его качать, потом все вместе продолжили отмечать победу, много ели и пили. Кто-то крикнул, что не хватает девчонок, были танцы, мягкие руки, нежные глаза с поволокой, крики: «Да если бы не Фредерик, никто бы не вернулся!».

Кажется, его снова качали, просили сказать речь — и он взобрался с трудом на стол начал говорить, что видел смерть и ему не понравилось.

Потом он вырвался из пьяной компании, пошел один гулять по городу, чуть не свалился в реку, и дальше Фред не помнил ничего, но совершенно точно проснулся у себя в каюте, заботливо раздетый и укрытый одеялом. На тумбочке лежали таблетки от головной боли и стоял кувшин воды.

А еще через день к Фредерику постучался кадровик со списком личных дел.

— Кто эти люди? — поинтересовался тот.

— Прошения о переводе на ваш корабль, капитан, — офицер кадровой службы положил стопочку на стол. — Тут почти четыре тысячи заявок.