Книга Вечно голодный студент 5, страница 119 – RedDetonator

Следую за медсестрой и подвергаюсь забору крови, слюны, кожи, мышечной, жировой ткани, гликогена через укол в печень, а затем и ликвора, путём втыкания иглы в позвоночник.

Анна Робертовна, раньше, не умела проводить биопсию, то есть, извлечение образцов ткани из живого организма, но уже научилась всему, что нужно.

В ходе этого обучения бедолага Щека дважды ненадолго становился инвалидом, парализованным по пояс, но больше ничего подобного не случается.

Сбор анализов обошёлся мне в 3845 килокалорий, потраченных на форсированную регенерацию повреждённых органов, но зато Анна Робертовна вознаградила меня шоколадкой.

— Спасибо! — поблагодарил я её и откусил кусок от «Озёр» с высоким содержанием орехов.

Из-за повышения «Энергетического уровня», я визуально ужался до состояния сушёной рыбы, потому что килокалории в моих тканях начали располагаться очень плотно.

Именно поэтому Анна Робертовна спросила, как я себя чувствую — наверное, подумала, что я страдаю от истощения…

— Заходи почаще, — улыбнувшись, ответила мне она. — До свидания, Студик.

— До свидания, — попрощался я и покинул медблок.

Теперь мне поспать, а завтра с утра совещание с Профом и остальными — будем обсуждать план следующего рейда, связанного с эвакуацией очередных бедолаг, желающих присоединиться к нам.

Ставропольцы уже расселяются по выделенным им квартирам, а Бамбук включён в программу обучения, чтобы подготовиться к рейдам.

Оказалось, что в Ставрополе у КДшников была вольница, близкая к той, которую развёл Пиджак в Ростове-на-Дону.

Единственное, владеть рабами было нельзя, но к этому всё уже уверенно шло — Бусинка и Фермер планировали именно это, когда договорились с Бамбуком о разделе населения.

Но хрен с ними, с рабами — это дело десятое. А вот первое дело — это то, что качались ставропольские КДшники исключительно по желанию, без какой-либо программы, в атмосфере тотального недоверия.

Положительным моментом такого способа прокачки являлось то, что выжили лишь сильнейшие, а отрицательным — никакой системы развития и подготовки не было.

Ставропольские КДшники сколотили небольшие банды, в которых, естественно, сохранилась атмосфера взаимного недоверия — работали вместе, но «табачок врозь».

А когда власть окончательно дезинтегрировалась, они посчитали, что малыми группами выживать как-то надёжнее, поэтому окончательно разошлись.

Бамбук, Барахольщик, Бусинка, Фермер и Сапог остались последними, до конца державшимися с утратившей остатки власти администрацией, но потом Сапог убил бывшего мэра города, с целью захвата власти.

Только вот долго он не продержался — его грохнули Бамбук и Фермер, после чего Барахольщик плюнул на всё и ушёл выживать в соло, а перед оставшимися возник вопрос — как быть дальше?

На момент попытки госпереворота, под их защитой было около двухсот человек, значительная часть которых погибла вследствие нападений зверей и начавшегося голода.

Оставшиеся человек шестьдесят — 26 мужчин и 34 женщины. За обладание ими и погибли Бусинка и Фермер…

«Оскотинились, блин», — подумал я, поднимаясь на лифте на восьмой этаж.

Теперь я живу в стандартном номере с обычной двуспальной кроватью и ограниченным пространством. Не то, чтобы это было прямо очень важно, но непривычно.

«Нет, мне похуй на это», — прислушавшись к ощущениям, пришёл я к выводу. — «А на что не похуй — теперь я один».