Книга Вечно голодный студент 7, страница 15 – RedDetonator

— У вас уже есть деньги? — с удивлением спросила Бабка.

— Ага, — подтвердил я. — Открыли в древе исследований, сразу после колеса и математики, блин…

— Чего? — нахмурившись, спросила она.

— Хорошая шутка, — произнёс какой-то облысевший мужик лет тридцати. — Как же я скучаю по Циве… Во всех смыслах.

Есть один недостаток, который не устраняет форсреген КДшника — облысение. Если в генетике написано, что на макушке должно появиться лебединое озеро, то оно там появится и форсреген не будет считать, что тут что-то не так.

— У нас есть электричество, компы и прочее, — сообщил я ему. — Так что, ради Цивы или городских чемпионатов по КС…

— Мамонт, он только что соблазнил меня, — пожаловалась женщина лет сорока, носящая кожаную косуху и мотоджинсы.

— Где расписаться? — спросила Бабка.

— Нигде не нужно расписываться, — покачав головой, ответил я. — Сейчас я выйду на связь со своими, обсужу с ними всё, после чего оставлю вам радиостанцию и пойду своим путём.

Снимаю с крепления «Азарт».

— «Январь», вызывает «Дюшес-1», — воззвал я к радиоэлектронным богам.

— «Дюшес-1», на связи «Январь-3», — ответил мне оператор.

Мне знаком этот голос — это Леонид, один из дежурных операторов, которые садятся на волну в случаях, когда Ронин спит, срёт, жрёт или устраивает свои традиционные прогулки по саду с сигаретой в зубах.

— Короче, я нашёл пассажиров для бронеколонны… — начал я.

Вкратце объясняю оператору Леониду ситуацию с найденными выжившими, а также о положении дел в Кизляре.

На фоне несколько человек в мясницких фартуках переносят долю группировки Мамонта — ему достались голова Свиньи, шея и карбонад.

— Я чего вышел на связь? — спросил я оператора. — Мне нужен «Январь» или «Комендант», чтобы установить контакт с местными. У меня график, мне надо двигаться дальше — дело ведь не в них, а дело во мне… Найди кого-нибудь ответственного, чтобы я сбросил свою непосильную ношу на него.

«Январь» — это Ронин, а «Комендант» — это Майор. Мы не используем свои реальные прозвища по радио и любой другой дистанционной связи, потому что, в случае дешифровки, потенциальный противник поймёт гораздо больше.

— Понял тебя, «Дюшес-1», — ответил оператор Леонид. — Он скоро придёт. Конец связи.

Возвращаю «Азарт» на место и смотрю на Мамонта, с непроницаемым выражением лица наблюдающего за мной.

— Я не знаю, кто у вас тут самая большая шишка, но раз ты уже здесь, то связь с Фронтиром будет осуществляться через тебя, — сказал я. — Мне сказали, что Афганец и Еврейка скоро придут, поэтому сами договаривайтесь, кто у вас тут лидер мнений и глас народа. Вот, держи.

Подхожу нему и передаю одну из раций, которые храню в рюкзаке, на такие случаи.

— Знаешь, как пользоваться? — спросил я.

— Знаю, — ответил Мамонт.

— «Дюшес-1», вызывает «Январь», — прозвучало из динамика моего «Азарта».

— «Январь», «Дюшес-1» у аппарата, — ответил я. — Итак, слушай рапорт…

Снова повторил всё, что сказал оператору Леониду, потому что тот, один хрен, не смог бы передать всю информацию в полной мере.

— На связи «Медведь», — сказал присоединившийся к беседе Мамонт. — Это мой позывной. «Январь», я узнал от «Дюшеса-1» всё, что нужно — мы готовы присоединиться к Фронтиру, на ваших условиях. Есть ещё четыре лидера группировок, с которыми нужно договариваться отдельно. Двое из них уже рядом — это «Алыча» и «Доярка».