Онлайн книга «Вечно голодный студент 10»
|
Дальше он начал что-то неразборчиво бормотать, а затем взял карандаш и чистый лист — пишет какие-то медицинские каракули, которые умеют различать только врачи. «По сути, это целенаправленное самоотравление, но я думаю, интерфейсу плевать на такие нюансы, ведь опасность будет настоящей…» — подумал я, наблюдая за мыслительной деятельностью доктора. Аркадий Львович продолжает что-то бормотать и черкать на листе. — Могу идти? — спросил я. — А? — придя в себя, изрёк Аркадий Львович. — А я вас и не задерживаю, голубчик! Идите! Разворачиваюсь и иду к выходу из кабинета. — … пропранолол не селективен, в отличие от метопролола… — расслышал я бормотание доктора Галыгина. — … О-о-о, так будет даже интереснее… *Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, коттедж Студика, 22 января 2029 года* — Ну, как? — спросил Муравей. — Я в рот ебал такую фармацевтику… — прошептал я. Мы сидим в беседке, и я заливаю в себя крафтовое пиво, полученное в подарок от пивоварни «Сталинградское». Жажда просто адская, вода вообще не работает, сердечко истерично тарабанит в грудную клетку, меня штормит, ощущение, будто я помру с минуты на минуту, и вообще, дискомфорт лютый. А всё потому, что полчаса назад завершились полигонные испытания «коктейля Галыгина», как я назвал комплекс препаратов, которые в меня вкололи. — В последний раз я ощущал себя таким беспомощным и слабым в Новокузнецке, — признался я Муравью. — Я лежал под завалом, пить хотелось адски, голова кружилась, сил почти не было — вот сейчас примерно те же ощущения. Только нога не гниёт и это единственное отличие. — Я, наверное, воздержусь от таких экспериментов, — решил он. — Это субоптимально. — Посмотрим, что ты скажешь, если я вернусь из следующего рейда… — произнёс я и допил остатки пива из бутылки. — Открой ещё одну, пожалуйста… — ЕСЛИ ты вернёшься? — переспросил Муравей и одним движением открыл новую бутылку пива. — Ну, риск на то и риск, что я реально могу сдохнуть на рейде, — ответил я и приложился к полученной бутылке. — Фух, не, нихуя не утоляет жажду… Ещё и мир вокруг белый-белый — это действие атропина, который вкололи перед финальной стадией испытаний, чтобы доктор Галыгин мог узнать, как именно он действует в сочетании с бета-блокаторами. «Хуёво действует, блядь…» — подумал я. Я и сам не рад уже, что Нарк вообще мне это посоветовал, а я, сдуру, полез за советом к доктору, но назад дороги уже нет — я дал согласие и нужно довести эксперимент до логического конца. Если окажется, что всё это хуйня на постном масле и интерфейс так не наебёшь, то я буду угорать громче всех, если не сдохну, разумеется. — Когда у тебя рейд? — поинтересовался Муравей и начал гипнотизировать батарею бутылок на столе пристальным взглядом. — Послезавтра, — ответил я. — Ты, если хочешь, пей. У меня в подвале ещё восемь ящиков, с ограниченным сроком годности. Надо допить за две недели, а то испортится. На вкус это пиво уже гораздо лучше, чем та дрянь, которая получалась раньше, но пивоварам «Сталинградского» есть куда расти. Там просто дохрена пространства для роста… Муравей открыл бутылку и отпил из неё. — О, — изрёк он удивлённо. — А это уже можно пить и не блевать! — Прогресс, — произнёс я и отсалютовал ему своей бутылкой. |