Книга Вечно голодный студент 10, страница 194 – RedDetonator

Мне невольно вспоминается изречение Талейрана: «Предательство — это вопрос даты». Да, я, в последнее время, сам охреневаю от собственной начитанности — сказывается то, что я «съедаю» по полкниги в день, когда появляется свободное время.

Ещё я слышал изречение: «Вовремя предать — это не предать, а предвидеть», но не помню, откуда это. Но это тоже почти подходит к ситуации Моны, так как она, явно, готовилась выходить с нами на контакт, но медлила и колебалась, поэтому не попала в тайминги и стало слишком поздно…

— Итак, продолжаем, — произнёс Ронин. — Какой объём золота хранился в резерве шахиншаха, до начала мятежа?

— Около четырёхсот тонн, — ответила Мона. — Может, 380–390 тонн, потому что за день до мятежа он нанял наёмников из «народов моря». Обычно он платил наёмникам килограммами, но в последние дни они требовали гораздо больше.

— А нам передали… — произнёс я.

— Сорок тонн, — ответил Ронин. — Вот суки…

— Похоже, что вся эта охуевшая мразь хочет познакомиться с нашим глубоководным морячком, — сказал Щека.

— Сколько, говоришь, Баграм отдал за право беспрепятственного ухода? — уточнил я.

— 67 тонн, — ответила Мона.

— Сикс-севен! — воскликнул Щека и сделал характерный жест. — Ха-ха!

Наверное, я недостаточно зумер и вообще не в концепции, потому что не понимаю, в чём прикол сикс-севена…

— Ох, как же ты меня заебал своей сикс-севой, Щека… — прошептал Фазан, лежащий на диване под окном.

— Не бухти, старик, — сказал ему Щека.

— Значит, где-то в Багдаде спрятаны 350–360 тонны золота, — заключил Ронин. — И подтверждён факт обмана со стороны бессмертных.

— Они заплатят за это или умрут! — заявил Щека.

— Мы же не будем соблюдать договорённости, раз они их нарушили? — спросил я.

— Нет, не будем, — ответил Ронин. — Но нам нужно удостовериться, что Мона не лжёт.

— Фура? — спросил Щека.

— Не лжёт, судя по всему, — ответила Фура, сидящая в кресле-вертушке за т-образным столом.

Было бы неплохо продублировать проверку искренности Моны способностью Лапши, но мы не можем рисковать ею, поэтому она осталась в Волгограде и в ближайшие девять месяцев оттуда ни ногой.

— Нам нужны дополнительные доказательства, — сказал Ронин.

— Я знаю об одном схроне с золотом, — сообщила Мона. — Он принадлежит бессмертному Алирезе — там должно быть не меньше четырёх тонн золота.

— Диктуй, — потребовал Ронин.

Мона с готовностью продиктовала координаты — раньше мне с трудом давалось запоминание случайных наборов цифр, но сейчас я тоже так могу, как и многие КДшники. Всё-таки, интеллект прокачивается, потихоньку, у всех, несмотря на отсутствие такой характеристики в интерфейсе.

Я думаю, это как-то объясняет то, что животные, в среднем, умнеют — наверное, способности формируют новые нейронные связи или это делает рост характеристик…

— Щека, Фура — сходите по этим координатам, — сказал Ронин. — Шум не поднимать — просто удостоверьтесь, что там есть золото и этот схрон имеет хоть какое-то отношение к бессмертным.

— Как раз, хотел прогуляться, — произнёс Щека. — Идём, дорогая…

— Идём, дорогой, — улыбнувшись, ответила ему Фура.

Они покинули конференц-зал.

— Что будем делать дальше? — спросил я.

— Будем ждать новостей, — ответил мне Ронин. — Если всё подтвердится, придётся действовать.

Киваю и достаю из кармана телефон.