Книга Вечно голодный студент 10, страница 101 – RedDetonator

Не успеваю среагировать, поэтому броник врезается в меня своей тушей и царапает меня когтями по правой ступне, пропоров старинные кирзовые сапоги, найденные в том же сарае, что и нашатырный спирт.

Отлетаю на пару метров, при падении взрыхлив снег лицом, но без промедления поднимаюсь и хватаю Мойшештерн, воткнувшийся боевой головкой в сугроб.

Нога пылает невыносимой болью, дыхалку перехватывает, лицо будто протёрто наждачкой, ну и вообще, стало гораздо дискомфортнее, хотя я не могу сказать, что чувствовал себя охуенно до начала этой схватки.

Бронику тоже очень хуёво, он ревёт и размахивает лапами, надеясь достать меня — похоже, что он нихрена не видит и не чует, поэтому не знает ничего о моём актуальном местоположении.

«Надо юзать это!» — подумал я, взяв себя в руки.

Превозмогая боль, разбегаюсь, замахиваюсь боевым цепом, и наношу мощный удар по башке броника — победа пиздец как близка!

Черепушка броника хрустит под ударом, на моём лице растягивается торжествующая улыбка, но затем я слышу металлический скрежет, ощущаю, как когти распарывают мне живот, после чего испытываю новое для себя ощущение — такое, какое возникает, когда толстая кишка вываливается из брюха и склизко касается твоей кожи, после чего падает на твои сапоги.

Делаю рывок назад и ору от ужаса и боли, а броник, тем временем, падает в глубокий нокаут — удар был слишком силён и ему взболтало мозги. Но он не сдох, и это печально…

На щите три длинные царапины, а нагрудник порван — когти у броника экстремально остры.

— Бля-я-ядь… — изрекаю я обречённо, пытаясь взять в руки свои скользкие кишки, вывалившиеся из-под порванного нагрудника.

Кишечник выскальзывает, но я упорно хватаю его и предпринимаю очень глупую попытку затолкать его обратно. На снег, помимо крови, падает моё личное дерьмо, из пропоротой кишки, что выглядит уж совсем неприятно.

Нагрудник теперь больше вредит, чем помогает, так как пробоины имеют острые края, царапающие мою плоть, поэтому я срываю с себя эту железяку и отбрасываю её в сторону.

Начинаю соображать и снимаю со спины розовый школьный рюкзак с «Hello Kitty», вытаскиваю из него самодельную перевязку и пробую «вертать всё взад», то есть, тупо вернуть кишки в исходное положение и обмотать брюшную часть перевязкой, чтобы больше не вываливалось.

Пришлось проявить смекалку и хватать кишки руками, обмотанными тканью, а затем изворачиваться и обматываться перевязкой — получилось коряво, дерьмово и кроваво, но зато из меня больше не торчат «провода», что позволит мне продолжать бой.

А бой продолжать придётся, так как броник уже начал приходить в себя. Он контужен, возможно, у него повреждён мозг, но лапы его начали движение, в котором проявились первые признаки осмысленности.

Поднимаю Мойшештерна со снега и бегу на броника, надеясь, что кишки не вывалятся снова, замахиваюсь и бью в область его башки.

Но броник проявил способность к быстрому восстановлению, поэтому резко перевернулся на спину и избежал удара по башке, вместо этого приняв боевую головку на грудь, что тоже неприятно, но не смертельно.

Раздаётся хруст бронированной грудной клетки, потому что заброневое действие у Мойшештерна просто ебейшее и ультимативное, (1), но броник сохраняет боеспособность, и наносит ответный удар, сбивающий меня с ног.