Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 126 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Но нет — уже утром третьего дня в дверь постучали. На пороге стоял мой знакомый провожатый от дома Кхарт, всё с тем же скучающим лицом, а за его плечом возвышался второй эларий, постарше и пошире. Они обошлись без церемоний и приглашений с печатями.

— Старший мастер ждёт.

Дом Кхарт встретил меня тем же полумраком. В почти пустой комнате горел тусклый стихийный огонёк, а напротив кресла стоял знакомый табурет из тёмных костяных пластин. В прошлый раз я ушёл отсюда с тремя «нет» разной длины. Посмотрим, что старик приготовил сегодня.

Сирхэн сидел неподвижно, как и тогда. Седина напоминала иней, а на застывшем лице выделялись живые внимательные глаза. Я сел на табурет и приготовился ждать, но старик сразу перешёл к делу.

— Ларика рассказала, — кратко произнёс он.

И всё. Я не услышал ни благодарностей, ни вопросов, откуда у бродячего мастера лекарство, которое не смогли сделать лучшие лекари Нижних земель.

И вообще… Что именно Ларика ему рассказала?

Что я ей помог и все? Что рассчитываю всё же получить доступ к источнику? Как именно преподносилась информация?

— Значит, хочешь источник, — слова Сирхэна ответили на главный вопрос.

— Да, — я вновь не стал ничего скрывать.

— Даже несмотря на то, что я предупреждал тебя. Источник — опора этого города. Не будет его, не будет Ксэдрина.

Старик говорил ровно, без нажима: напоминал о прошлом разговоре и ждал, что я на него отвечу.

— Всё верно, — согласился я. — Вот только я дал вашему городу ещё одну опору. Ларика взяла седьмую грань сродства со смертью в десять лет, и вы знаете об этом лучше меня. Боюсь даже представить, каких высот она сможет достичь в будущем. Уверен, что стоит дать ей немного время, и она станет такой единённой со смертью, рядом с которой нынешние старшие мастера будут выглядеть учениками. Она и есть будущее Ксэдрина. К которому я приложил свою руку.

Сирхэн молчал, даже не кивнул, только держал меня взглядом.

— А теперь про сам источник. Ничего я с ним делать не собираюсь. Посчитайте сами, сколько я вложил в вас за последние дни. Перечислять не буду — вы и так следили за каждым моим шагом. И вряд ли у меня после этого имеется хоть малейший смысл навредить источнику.

Я замолчал. Все мои карты лежали открытыми, и добавить к ним было нечего. Давить на старика дальше бессмысленно — такие, как он, от нажима только каменеют.

Тишина тянулась долго. Огонёк под потолком даже не вздрагивал. Сирхэн сидел совершенно неподвижно, но по его взгляду было видно, что он обдумывает мои слова. Наверняка взвешивал доводы.

Я ждал и не торопил его. Хотя спокойным моё ожидание можно было назвать только снаружи. Если Сирхэн упрётся и сейчас, быстрых запасных ходов у меня не останется. Весь мой план зависел от одного слова упрямого старика.

— Хорошо, — нарушил тишину Сирхэн.

Отлично! Одного слова хватило, чтобы напряжение внутри отпустило. Я ответил сдержанным кивком. Радоваться будем позже, когда возьмём шестую грань.

— Пойдёшь с моим эларием, — добавил старик всё тем же ровным скрипом. — Он отведёт и будет ждать у входа. Ограничение по времени — не больше недели. Ну и конечно, любые походы к источнику — строго в одиночестве.

— Принято.

Я поднялся с табурета. Уже в дверях меня окликнул старик.

— Фальк.

Я обернулся. Старик смотрел на меня из кресла, и на этот раз в его глазах было что-то ещё, помимо попытки просмотреть меня насквозь и увидеть все тайны.