Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 114 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Попробуем.

— У меня есть ресурсы. Кристаллы, редкие руды. Назови цену, какую считаешь справедливой, и обсудим.

— Нет.

— Тогда знания. Твои мастера видели моего ходока на смотре. Я знаю о выращивании такое, чего здесь не знает никто, и готов делиться. Знания останутся городу насовсем.

Здесь старик уже задумался, и его глаза чуть сузились. Однако через десяток секунд раздумий меня ожидал всё тот же ответ.

— Прости. Но нет. Договориться можно о всём: о рудах, о составах, о знаниях твоих, если захочешь ими торговать. Город умеет быть благодарным, и справедливую цену найдем. Но источник для чужих закрыт, и так будет для всех.

В его голосе не было ни гнева, ни угрозы. Ни малейшей щели для следующего предложения.

Что ж, видимо наша сделка завершилась, даже не начавшись. Продолжая давить, я рисковал потерять даже то, что гостю уже позволили.

Что ж. По крайней мере, Сирхэн не собирался меня выгонять из города, а значит не всё потеряно.

— Какие ещё у меня ограничения?

— Практически никаких, — старик снова смотрел прямо перед собой. — Ходи по городу, торгуй на рынке, покупай, что продают. Учись тому, чему согласятся учить. Однако в закрытые дела города не лезь, и особенно не ищи другого способа проникнуть к источнику. Тут уже разбираться никто не будет — выставим за дверь сразу. А может и чего похуже.

Как только старик закончил говорить, в дверь поскреблись. На пороге появилась пожилая эларийка в тёмном, глянула на меня, на хозяина и проговорила что-то вполголоса. Я разобрал только обрывки.

— Потом. Я сам к ней зайду.

Эларийка поклонилась и исчезла. А Сирхэн на миг показался ещё старше, хотя не двинулся и не изменился в лице.

— Разговор окончен. Тэссир проводит.

Я поднялся, кивнул на прощание и вышел. В прихожей ждал Тэссир. По его лицу было невозможно понять, слышал он что-нибудь через дверь или всё это время изучал стену. У порога он коротко кивнул мне и направился куда-то по своим делам.

Я обернулся на тёмный дом. Итог разговора был не самым приятным — вероятно, мне придётся искать другой путь к шестой грани. Но я не собирался так просто отступать.

С жильём вопрос решился сам собой. Ралис, услышав, что мастер пока остаётся в городе, предложил свою заднюю комнату с таким жаром, словно сдавал покои во дворце, а не угол у корыта. Принимать меня под своей крышей было для пацана честью, о которой он, по-моему, собирался рассказывать внукам. Я не возражал — лишний комфорт не особо был нужен, а в комнате было тихо и без лишних глаз.

Вечером того же дня Ралис торжественно разложил передо мной причитающуюся половину призов: кисет кристаллов, связку костей, пропитанных стихией смерти, и два флакона мутного состава для роста сродства. Нить воли помогла оценить концентрацию стихии в костях и флаконах, и итог не обрадовал: всё вместе едва заметно увеличило бы моё текущее положение. До шестой грани с такой прибавкой не доберёшься и за год.

Ну, что имеем.

Следующие несколько дней я ходил по городу. Рынок располагался под открытым небом, на площади у центра. Под навесами из мёртвых стволов стояли прилавки, а на них лежали кости. Их продавали связками и поштучно: рёбра тварей, клыки, позвонки размером с кулак. Кладбище позавидует. Между костями стояли флаконы с составами и экстрактами на любой вкус и костяные артефакты местной работы.