Книга Наследник Мудрецов, страница 43 – Роман Романович

— У любовницы и свои родственники есть. Твой отец им начнёт помогать. Ты этого хочешь?

— Да, тяжело вам приходится, дорогой дядя, — не удержался я от кривой улыбки.

— Вот именно, — не понял или проигнорировал он иронию. — Ты был умным парнем, Сергей. Подавал надежды. Но ты сам сбежал, никого не предупредил. Поэтому род сделал ставку на моего сына. Иначе мог бы сделать и на тебя. Так кто в этом виноват, что так получилось? Мы работаем с тем, что есть, и, будь уверен, трудностей хватает. Раз такой умный, так делом докажи. А то Савелий вчера побитый вернулся. Ты тоже руки распускаешь. Что нам всем думать?

— Так и что же вы мне предлагаете, дядя? В следующий раз молча в комнате сидеть, когда мою мать бить будут?

— Да никто её бить не будет! — вспыхнул он.

— Раз так, то не вижу проблемы. Я милый и добрый, пока никто не трогает мою семью.

Дядя заиграл желваками и ничего больше не сказал. Вышел, не попрощавшись, рукой на меня махнул.

Если бы кто-то послушал нас со стороны, наверняка бы решил, что дядя абсолютно прав. Он за семью радеет, а я тут руки распускаю, родного отца избиваю. Только вот не так всё. Я не по дурости своей сбежал, а потому что вынудили, и виновата в этом вся родня, что нас с Игорем стравила. Как и сам Игорь, который решил черту радикально перейти. Мать моя гордая женщина, конечно, но что-то сомневаюсь, что они с Савелием на пару заявляли бы, как дядя все соки выжимает и что не стоит к нему даже пытаться соваться. Вопреки их мнению, я иллюзий не питаю, понимаю, как тяжело сейчас работу найти. Сколько у Барсов мальчишек полегло, которые шли на службу, потому что там кормят регулярно? Дар и деньги — это хорошо. Но для начала было бы неплохо есть досыта. Половина ради этого и шла, если не больше. Поэтому, уверен, мать работает на чужака, потому что у своих условия в разы хуже. И брат на улицах бегает по той же причине. Хотя вот насчёт него не скажу. На Даре он помешался, это глупо отрицать. Да и чего уж. Достаточно посмотреть, насколько упитанными выглядят дядя с тётей, насколько лощённым Игорь и насколько бедными Савелий с матерью, чтобы понять, что о справедливом распределении ресурсов речи в семье не идёт.

Поэтому всё сказанное меня не тронуло. Очередная попытка манипулирования. Пускай сотрясает воздух, сколько хочет. На мне такое давно не работает.

До семейного завтрака как-то не дошло. Первым ушёл Игорь с родителями. Первыми они и поели, вместе с дедом. Им стол накрыли. Я тоже за стол сел, и вот мне накрыли с запозданием, из того, что осталось. Дед бросал на меня угрюмые взгляды, дядя с тётей игнорировали, а Игорь сосредоточился на учебнике, который читал прямо за столом. За весь завтрак не было сказано ни слова. Мать поела отдельно. Саве я сам еду отнёс. Почему-то у меня сложилось впечатление, что про него и забыть могут. Отца же не видел, но, скорее всего, он отсыпался.

С братом парой слов перекинулся. У него все мышцы ломило, температура поднялась, и вряд ли он был способен сегодня куда-то пойти и вести серьёзные разговоры. Поэтому я вышел вместе с матерью.

— Ты как? — догнал я её.

— Нормально, — ответила она прохладно. — Ты что вчера устроил?

— В следующий раз мне спокойно слушать, как тебя избивает этот придурок?