Книга Наследник Мудрецов, страница 132 – Роман Романович

— Что-то ты слишком болтлив, — сказал я вмиг присмиревшему отцу. — Что там про ублюдка говорил? Кормил и воспитывал? Это когда такое было? Что-то не припомню. Зато помню отца-приживалу, который всё время паразитировал на семье Валовых. Но ладно. Ты повиси немного, а я пока с остальной твоей шоблой разберусь, — сказал я, проходя мимо него. — Ну так что, господин хороший, — сказал я не без иронии. — Ещё слово, и дуэль, или валишь отсюда и больше мне на глаза не попадаешься?

Мужик сглотнул. Степень опьянения у него в глазах снижалась прямо в моменте.

— А ты ведь Серый? В смысле, тот Серый? — спросил другой мужик.

— Тот — это который?

— Это который вчера Боксёра отправил раков половить, — осмотрел меня мужик по-новому. — Ну да, ты. Брат же Савелия. Че-то я совсем мозги пропил, раз не догадался. А сынок-то твой, Вова, совсем отбитый. Людей налево и направо режет.

— Что-то ты тоже слишком болтливый, — придавил я его взглядом. — Может, мне вам всем показать, насколько я отбитый?

— Не-не, — выставил он ладони. — Ну нах. — Для верности он ещё и головой покачал из стороны в сторону. — Я сваливаю. Пойдёмте, мужики. Не будем это… того… Отцу с сыном мешать общаться.

Троица испарилась, будто и не было.

— Какие преданные у тебя друзья, — вернулся я к отцу, который так и висел посреди улицы.

Отпустив мужчину, чуть подправил ему падение, чтобы шею не сломал. Убивать отца прямо на улице — это перебор, как ни крути.

— Ну что, благодетель, — присел я рядом с его головой.

Вставать он не спешил, хрипел и в себя приходил. Рожа красная, взгляд мутный.

— Ты с чего-то решил, что сможешь меня проучить, что поносить меня на людях — это хорошая идея, что можешь ругаться с моей матерью.

— Дед тебя за такое выгонит… — прохрипел он.

— Совсем ты мозги пропил, — покачал я головой осуждающе. — Я уже съехал. У деда нет влияния на меня. Никакого. Да и живи я с ними, как проспишься, подумай, кто ценнее. Наследник с Даром или неудачник-алкаш. Но я понимаю, на что ты рассчитываешь. На свои многочисленные связи среди таких же неудачников и то, что дед боится твоих мелких пакостей. Но ты кое-чего не учёл. Сейчас семья меня упрашивает обходиться с тобой помягче, но что будет, если ты станешь бесполезен или, того хуже, начнёшь вредить? Я ведь могу совсем иначе за «ублюдка» спросить. Лучше не забывай об этом. Целее будешь.

— Зря я тогда согласился… — поднялся он на карачки и сплюнул.

— Хватит! — раздался голос матери. — Сергей, иди домой! А ты уходи!

Этот недочеловек всё же смог подняться. Заковылял отсюда, и я не стал его одёргивать или уточнять, что он имел в виду.

Достаточно было посмотреть на мать, увидеть страх и чувство вины у неё на лице, чтобы сделать в общем-то очевидные выводы. Поворот так поворот.

* * *

Устраивать разборки на улице и выяснять отношения с матерью сразу я не стал. Спокойно прошёл с ней в дом, к ней же в квартиру, усадил за стол. Заварил чай. Даже печенье в ящике нашёл. Матушка смотрела на меня тяжёлым взглядом и то ли боялась, то ли готовилась защищаться, то ли придумывала, что отвечать.

— Ну-с, — протянул я. — Придумала, как врать будешь?

Мать дёрнулась и уставилась на меня теперь уже злым взглядом.

— Не собираюсь я тебе врать.

— Да неужели. Тогда это всё упрощает. А то я было подумал, что надо догнать этого неудачника, который несколько раз акцентированно меня ублюдком назвал, и уточнить у него, какой смысл он вкладывал в это слово. Желал оскорбить с помощью бранного слова или всё же пытался обличить, указывая на реальный статус ублюдка, то есть того, кто родился вне брака.