Книга Исцеление вечности, страница 73 – Джули Кагава

— Я понимаю. — Зик повернулся ко мне.

Я встретила взгляд его голубых глаз — он стал мягче, в нем отразилась некая борьба. Как будто он пытался разглядеть меня как следует, увидеть по-настоящему, обрести девочку, которую знал. Не вампира, не чудовище, не существо, которое только что вскрыло человеку глотку, а ту, что скрывалась за ними. Он заговорил очень тихо, хмуря брови, словно от боли.

— Элли, я никогда не прощу Шакала за то, что он сделал с моей семьей, — твердо сказал Зик, глядя мне в глаза. — Я знаю, что должен, так меня учили, но… я не могу. У меня перед глазами до сих пор стоят Джеб, Дэррен и Рут, и все, кто не выжил, и я хочу одного — вонзить кол ему в сердце и отправить его в ад, где ему самое место. Возможно, так нельзя, возможно, думая подобным образом, я тоже становлюсь монстром, но только так я смогу спокойно жить в мире, где существует Шакал. Но ты и я… — продолжил Зик, вглядываясь в мое лицо. — Может быть, мы сумеем… начать все заново. Оставить прошлое позади и попробовать снова. Я не хочу драться с тобой — я знаю, у тебя были причины привести сюда Шакала, и я попытаюсь отнестись к этому с уважением. Пусть даже я не могу его простить.

— Я тоже не хочу с тобой драться, — пробормотала я, опуская глаза, чтобы не видеть его голый мускулистый торс так близко. Я заметила несколько бледных шрамов на его груди — они были совсем не похожи на кошмар на его спине, — и внутри у меня все сжалось. — Я все равно вампир, Зик. Мне все равно надо кормиться и пить кровь, и я могу еще кого-то убить, ты это знаешь.

— Знаю. — Зик придвинулся ко мне, не вплотную, но я могла ощущать тепло его кожи, чувствовать, как он пытается поймать мой взгляд. — А я все равно продолжу ненавидеть вампиров за все, что они сотворили. Я буду делать все возможное, чтобы помогать людям здесь, но… это не значит, что я ненавижу тебя, Элли.

Я подняла на него глаза. Зик тихо, грустно улыбнулся.

— Раньше все было таким черно-белым, — признал он, чуть пожав плечами. — Учение Джеба почти не оставляло места полутонам. Но теперь я куда лучше понимаю вампиров. И я знаю, что ты, по крайней мере, до сих пор пытаешься быть другой. Не такой, как они. Я в это верю.

— Откуда ты знаешь? — возразила я. Отчасти я не понимала, что делаю. Зик наконец-то произнес слова, которых я так от него ждала, — что я не такая, как другие вампиры, что я другая. Но голос разума подсказывал, что я встаю на опасную дорогу, что Зик должен бояться и ненавидеть меня, что я все равно вампир, который может в любой момент потерять контроль над собой, и тогда Зик погибнет. В ушах зазвучали издевательские слова Шакала: «Ты злобный безжалостный вампир, сестра. Это в твоей крови. Когда ты наконец-то осознаешь, что мы с тобой ничем не отличаемся?» — Может, я просто тебя использую, — продолжила я, а в голове у меня так и шла битва. Я разрывалась между иррациональным желанием сжать Зика в объятиях и стремлением оттолкнуть его для его же блага. Отпугнуть его от чудовища, которое до сих пор побуждало меня разорвать его на части. — Может, Джеб был прав. Откуда ты знаешь, что я не такая, как другие вампиры?

Голос Зика не дрогнул.

— Я знаю это потому, — спокойно сказал он, — что, будь ты как другие, я умер бы той ночью в башне Шакала.